– Не нравилась бы, я бы журналистикой не занималась! К тому же моя профессия открывает мне многие двери, за которые обычных людей не пускают.
Еще бы! Но вообще-то, если бы даже двери оказались закрыты, сестрица все равно нашла бы лазейку.
– К тому же, – задумчиво продолжила Марина, – если бы не журналистика, понятия не имею, чем бы я занималась…
В этом она была права. Никита не мог представить, чтобы сестра, с ее-то темпераментом, работала кем-то другим. Например, продавцом. Пристанет к ней какая-нибудь дотошная покупательница, доведет до белого каления, – а заводилась сестра буквально с пол-оборота, – Маринка возьмет да и съездит ей по шее палкой колбасы.
Тем временем Марина уже сунула нос в его тетрадь.
– Химия! Мой любимый предмет! – заявила вдруг она.
– Что?! – выкатил глаза Никита.
– В школе я ее обожала! Сидишь, выводишь всякие закорючки…
– Вот уж понятия не имел! – сказал Никита.
– Я, признаться, тоже, – честно сказал Игорь Николаевич.
– А что, какие-то трудности? – поинтересовалась Марина. – Тут же все очень просто…
Она придвинула к себе учебник и принялась объяснять брату тонкости химических расчетов. На словах все действительно казалось проще простого. Никита даже начал кое-что понимать. Но как только сестра умолкла, в его мозгу словно потухла разгоревшаяся до этого лампочка. Видимо, все-таки придется согласиться на факультатив!
И начать надо прямо с понедельника.
* * *"
"Осень продолжала постепенно отвоевывать позиции у лета. Солнышко над Санкт-Эринбургом появлялось все реже, небо постоянно было затянуто свинцовыми тучами. Дождь лил почти каждый день, прекращаясь лишь на короткие промежутки времени, чтобы потом с новыми силами обрушить на прохожих целые водопады. Самое гадкое во всем этом было то, что Никите пришлось отложить скейтборд до лучших времен и ходить в школу пешком. Раньше хоть Андрей, заезжая к ним по утрам, развозил все семейство.
Утром, пока очередной дождь еще только собирался с мыслями, Никита успел добежать до школы и заскочить в вестибюль.
Едва двери за ним захлопнулись, на город обрушился ливень. Рядом с гардеробом вывесили какой-то новый яркий плакат, которого на прошлой неделе не было. Вокруг уже собралась небольшая группа учеников, стоял галдеж. Никита растолкал их и пролез поближе к объявлению.