Слегка нажимая на крышку мины, следовало убедиться, что боевая чека не выдёргивается, а крышка мины своими внутренними планками плотно лежит на брикетах взрывчатого вещества.
Мины устанавливались вручную в грунт или в снег и маскировались. В конце работ необходимо было выдернуть предохранительную чеку. При наезде танка на мину крышка ящика под его весом опускалась, выдёргивая чеку из взрывателя, что вызывало подрыв детонатора, инициировавшего взрыв основного заряда мины. ЯМ-5 могла разрушить несколько гусеничных траков и таким образом вывести танк из строя.
Поставлялась мина в не полностью снаряжённом виде – с основным зарядом и промежуточным детонатором. Взрыватели и запалы хранились отдельно. Главным недостатком взрывателя была его очень высокая опасность в обращении. Работа при снаряжении мины требовала от минёров ювелирной точности.
Сапёрам роты Мальцева предстояло заминировать развилку железной и шоссейной дорог на южной окраине села Спас-Заулок, а также моста через местную речушку. Условия работы были тяжёлыми.
В самый разгар работ окрестности огласила команда «Воздух!».
Женька сначала услышал, а потом увидел в небе вражеские самолёты. Их было три. На фюзеляжах и крыльях этих отблёскивающих на солнце зловещих металлических птиц были нарисованы чёрные фашистские кресты.
Бойцы тут же попадали в снег. В своих серых шинельках без маскхалатов они были прекрасными мишенями для пилотов. Но самолёты пролетели в сторону Клина, откуда вскоре послышались глухие, как удары в большой оркестровый барабан, взрывы.
Только бойцы начали выбираться из укрытий, как самолёты появились снова. На этот раз они уже точно явились по их души, поскольку на подходе к развилке перешли на бреющий полет. Огненный дракон приготовился к смертельному укусу…
Женька вспомнил, как на занятиях их учили противостоять авиации, и взял на изготовку карабин.
Из всего отряда не залегли только командир роты Мальцев и его заместитель Михайлов.
«Что за бравада?» – подумал в тот момент Ануфриев.