И это – несмотря на то, что у Троцкого, еще не убранного с поста наркомвоенмора, под ружьем имелось 5 миллионов человек!
Положение никак не могли спасти бодрые песни, которые тогда звучали чуточку иначе. Вот, например, знаменитая «Белая армия, черный барон»:
– Так пусть же КраснаяСжимает властноСвой штык мозолистой рукой!С отрядом флотскимТоварищ ТроцкийНас поведет в последний бой!Очень похоже, бой, в случае чего, мог и впрямь оказаться последним, но отнюдь не для европейских армий…
На особом заседании то же, только разными словами, говорили Фрунзе, Уншлихт, Гусев-Драбкин.
В 1926 г. заместитель наркомвоенмора Тухачевский повторил то же самое: «Ни Красная армия, ни страна к войне не готовы».
Но война тем не менее шла! Пусть и необъявленная…
На всех границах!
Вот сухие цифры: с февраля 1921 г. по февраль 1941 г. на границах было задержано 932 тысячи нарушителей. Разумеется, в это число тогда, несомненно, попадали люди, которые попросту бежали куда подальше от сложностей жизни. Быть может, и несколько преувеличена цифра в 30 000 шпионов, диверсантов и террористов.
За эти двадцать лет пограничники только убитыми потеряли 2443 человека.
Это война!
Самая настоящая, как это было в 1929 г. на Дальнем Востоке, когда напали китайцы. Как в Средней Азии, где бушевало басмачество. Разумеется, некоторое количество басмачей и в самом деле были «вольными стрелками», искренне поднявшимися против всевозможных перегибов. Но ведь существовал еще и эмир Бухарский, который, сидя в Афганистане и мечтая воссоздать свое средневековое государство, тратил массу денег на организацию банд. Были и англичане, которые в рамках прежней глобальной стратегии подпитывали басмачей деньгами и оружием, всерьез рассчитывая влезть в советскую Среднюю Азию…
Вот рядовое донесение с германского пограничного участка от 21 сентября 1921 г.