«Вопрос: А как арестовать, для чего?
Бухарин: Для того, чтобы составить новое правительство.
Вопрос: А с арестованными что сделать?»
Бухарин торопится: «разговора о физическом уничтожении не было». Но я его об этом еще не спрашивал.
«Вопрос: Когда свергают правительство и арестовывают его, применяют насильственные способы?
Бухарин: Да.
Вопрос: Вы имели в виду при аресте применить насильственные способы? Правильно это или нет?
Бухарин: Правильно.
Вопрос: Но насильственные способы в чем заключаются? Вы точно установили это?
Бухарин: Нет, не установили.
Тут будет реклама 1
Вопрос: Значит решили так, как позволят и прикажут обстоятельства?
Бухарин: Да, совершенно верно.
Вопрос: А обстоятельства могут приказать действовать очень решительно?
Бухарин: Да».
Вывод из этого простой – предполагалось свергнуть правительство, для этого арестовать правительство – Ленина, Сталина, Свердлова, применить все те меры, которые могут продиктовать обстоятельства и обстановка борьбы, которая ведется во имя свержения правительства.
Тут будет реклама 2
Борьба была в самой острой форме, и поскольку не было – если встать на точку зрения Бухарина, как он говорил – разговора об убийстве, то ведь сам факт, сама задача свержения правительства, сама необходимость ареста руководителей того правительства, которое поставили своей целью заговорщики свергнуть, – совершенно естественно говорит, что от убийства руководителей, предполагавшегося убийства, они отрекаться и зарекаться никак не могли."
"Вся логика событий, весь смысл этой борьбы, вся ожесточенность той атмосферы, в которой эта борьба шла, вся острота самого вопроса – быть ли Брестскому миру, т.
Тут будет реклама 3
е. быть ли Советской стране, стране, строящей социалистическое общество, или не быть Брестскому миру, не быть советской земле, которую как «формальную» они предполагали отдать на разгромление врагу, – все это со всей серьезностью говорило о том, что дело идет о настоящей борьбе, которая всегда в таких случаях связана с неизбежностью применения и такой меры, результатом которой является смерть, убийство.
Тут будет реклама 4
Вот почему я говорю: для меня не с точки зрения криминологии, ибо сейчас, через 20 лет после того, как совершилось это преступление, мы не предъявляем Бухарину самостоятельного обвинения, – это имеет значение для того, чтобы оценить ту связь, которая существует между заговорщической деятельностью убийцы и контрреволюционера Бухарина и его сообщников с тем, что они делали впоследствии.
