— Это… Это совершенно недопустимо!
— Я не смог удержаться, — развёл руками, изображая смущение. — Ты так прекрасна.
Саша покачала головой, её светлые волосы разметались по плечам.
— Вы не имели права, — она нервно поправила платье, хотя наряд вовсе не был помят. — Так нельзя поступать с девушками! Даже если… Даже если вы мне… — она осеклась, закусив губу.
Её глаза бегали по комнате, старательно избегая встречи с моим взглядом. Руки теребили край платья, сминая тонкую ткань. Пальцы дрожали.
— Даже если я тебе нравлюсь? — закончил за девушку, приподняв бровь.
Саша вспыхнула ещё ярче.
— Это неважно! — выпалила она. — Вы… Вы не предупредили! Просто взяли и… похитили мой первый поцелуй!
Я едва не поперхнулся. Первый поцелуй? Саше же не меньше двадцати пяти… Как такое возможно? Её что, в изоляции выращивали или императорским указом запретили любые отношения?
— Твой первый? — переспросил я, не скрывая удивления.
Девушка прикусила губу и кивнула, её взгляд по-прежнему был устремлён куда-то в сторону.
— Я… У меня не было времени на… такое, — пояснила она тихо. — Служба, обучение, обязанности…
Александра продолжала что-то говорить о долге, ответственности и неподобающем поведении, но я уже не вслушивался. Главная задача была выполнена: Жмелевский отключился. Как только глаза девушки вернулись к нормальному состоянию, я понял, что временно избавился от нежелательного свидетеля.
Что он там увидел — большой вопрос. Саша ни словом не упомянула кристалл, она его не заметила даже до поцелуя.
— Пожалуй, я пойду, — сказала Александра, поправляя причёску нервными движениями. — Вы проводите меня до ворот?
— Почему бы и нет, — кивнул я, галантно предлагая ей руку.
Она колебалась лишь мгновение, а затем легко положила свои пальцы мне на предплечье. Мы вышли из зала и направились к выходу из особняка.
В коридоре нам встретились Елена и Вероника. Перевёртыши окинули Сашу такими взглядами, что воздух буквально заискрился от напряжения.
— Добрый вечер! — сухо поприветствовала их Саша, чуть крепче сжав моё предплечье.
Сёстры просто кивнули в ответ и синхронно посторонились, пропуская нас. Я почувствовал их взгляды, буравящие мне спину, пока мы шли к выходу.
Ночной воздух освежил голову.