Я давно перестал воспринимать его как питомца. Скорее, как… неразумного ребёнка, пусть и не своего. Странный родственник, свалившийся на голову в этом безумном мире.
Сердце медведя билось всё увереннее. Каждый удар становился сильнее предыдущего, пока ритм окончательно не выровнялся. Ам глубоко вдохнул. Ещё раз. И ещё. Его глаза медленно открылись, он повернул голову:
— Па… па… — прошептал еле слышно и снова провалился в сон.
Я устало выдохнул.
— Спасибо, — бросил Лахтине.
Скорпикоз промолчала. Я уже начал подниматься, когда её голос остановил меня:
«Стой, человек».
Замер.
«Тебе нельзя забирать его отсюда. Тело почти разрушено ядом, который вы добыли из скорпикозов. Да, я вернула его к жизни… Но в вашем мире он сейчас не сможет существовать. Ему придётся остаться тут, пока не напитается энергией и полностью не восстановится», — дала королева экспертную оценку.
— Сколько потребуется времени? — спросил я.
«Я не знаю. Я же не… как там у вас называют… не целитель. Он сам почувствует, когда сможет уйти», — добавила Лахтина
Кивнул, оставив Ама лежать:
— Пригляди за ним, пожалуйста.
Королева снова промолчала. Я развернулся, положил руку на прозрачную плёнку, выпустил остатки, жалкие крохи энергии. В барьере серой зоны образовался разрыв, и я шагнул наружу.
Медленно подошёл к тому, что осталось от элитного убийцы. Чёрная жижа уже впиталась в землю, только были видны выжженные проплешины в траве. Сплюнул на эти останки. Ярость, переполнявшая меня, постепенно отступала, сменяясь холодной решимостью.
— Хорошо, — тихо произнёс себе под нос. — Поиграем, господин император. Присылай своих убийц ещё.
Внутри всё сжалось от осознания: «Из-за действий этого ублюдка могут пострадать мои люди». А этого я допустить не могу. Придётся что-нибудь придумывать, что-то делать…
Выпустил паучков из пространственного кольца. Десять многоглазых стражей мгновенно окружили меня плотным кольцом. Мы двинулись к особняку, внимательно следя за каждой тенью.
Несколько раз приходилось останавливаться, ведь монстры, почуявшие запах крови, пытались напасть.
Я терпеливо ждал, пока многоглазики закончат трапезу. Их кристаллы пульсировали от удовольствия, когда они разрывали очередную тварь на куски. Хоть кому-то сегодня повезло…
Путь до особняка растянулся. Усталость наваливалась свинцовой тяжестью, каждый шаг давался с трудом.