– Я не пытаюсь понравиться родителям Михеля. И вообще твоего жениха видеть в ближайшее время не хочу.
Сестрица нахмурилась. А сейчас-то ей что не понравилось?
– Ты так говоришь, словно Михель тебя чем-то обидел, – выдала Ребекка после минутного размышления.
– Будем считать, что я сама себя обидела, влюбившись в него, – мрачно ответила я. – Я справлюсь с этим чувством, но лучше пока с ним не пересекаться.
А то эти непонятные эмоции раздражают до ужаса. Я снова удостоилась задумчивого взгляда сестры, но теперь не торопилась что-то добавить.
"В самом магазине мы пробыли недолго. Торговалась с владелицей я коротко, увеличив плату за два платья на двадцать серебряных. И уже без особого интереса оглядела одежду на манекенах. В принципе за пять-десять лет стиль в платьях особо не поменялся. Единственное, для девушек предпочтительнее более светлые тона, но мне на этот момент наплевать.
– А у вас случайно нет вязанных ажурных митенок, которые так популярны сейчас на севере? – спросила с интересом.
– К сожалению, нет. – Модистка развела руками.
Я кивнула и направилась к выходу.
– И даже ничего не посмотришь себе? – негромко вопросила Ребекка.
Безразлично пожала плечами и уже на улице уточнила:
– Так пойдём в аптеку Готье? Или в какую-нибудь другую заглянем по дороге домой?
– Пойдём к господину Лукашу, – выдохнув, решилась сестрёнка. – Его аптека как раз недалеко отсюда.
И она неожиданно улыбнулась мне непривычно тёплой улыбкой. Неужели лёд тронулся?
Глава 7
Родители Михеля приняли нас радушно. Но после приветствия я не стала долго расшаркиваться в любезностях, сразу обозначив причину прихода. Фредерика обрадовала меня сообщением об имеющемся отростке алоэ и, собственно, направилась за ним в теплицу. Ребекка напросилась с ней, а я в это время занялась выбором эфирных масел и вытяжек из цветов. Причём не только для гостиницы, но и для собственных экспериментов.
Но судя по взгляду, которым наградил меня господин Готье, это была как раз тайна за семью печатями.