– Какая же ты молодец, Анни! – Она кинулась меня обнимать. – Ты столько раз пыталась зарядить накопитель, и вот, наконец, получилось!!!
– А вот напоминать о прошлых неудачах было необязательно, –проворчала я с улыбкой.
– Больше не буду, – тут же заверила меня сестра, в притворном испуге округлив глаза.
Отец похвалил меня более сдержанно, при этом бросив на Франца немного озадаченный взгляд.
– Пап, а мне надо диван занести и сюда поставить. – Я показала куда именно. – Один Руди не справится. А Франц не горит желанием помогать.
– Но поможет, – откликнулся отец, кинув на приятеля выразительный взгляд. Надеюсь, отец понял мой намёк о причинах его ябедничества. – А покажите мне, дочурки, что вы уже сделали.
Мы вместе поднялись на второй этаж. Оглядев уже прибранные комнаты, он задержался в восьмом номере. При этом он буквально впился взглядом в Амалию, а значит, эта ревизия затеяна с целью познакомиться с новой работницей.
– Отец, позволь представить тебе Амалию Креспен, – представила я девчушку. – Амалия, это мой отец, Эгмонт Дюран.
– Очень приятно. – Она смущённо улыбнулась и сделала книксен. – Я так благодарна за предоставленную работу. Обещаю, что не подведу вас.
Отец смутился, буркнул, что не сомневается, и поспешил покинуть номер. Уже в коридоре обернулся и напомнил, глядя на меня с сестрой:
– Обед через час. Не опаздывайте, родные.
Мы кивнули. И с утроенной энергией взялись за уборку. Захватив Амалию и лестницу, мы втроём направились в шестой номер. Пока сестра снимала шторы, я меняла постельное бельё, а Амалия занималась уборной.
До обеда я успела сменить бельё и заправить постель в двух оставшихся на этаже номерах.
Стол уже был накрыт, так что, пожелав приятного аппетита, я набросилась на суп. Мой желудок уже давно требовал дополнительного топлива. Чуть заморив червячка, я расспросила отца насчет патентов. Не оставляла меня мысль, что на «изобретениях» можно неплохо заработать.