За обедом уже привычно обсудили планы на оставшийся день. Сестра вызвалась составить мне компанию в поездке к артефактору.
– Анни, я увидел меню с напитками, – отец неожиданно сменил тему разговора. – И мне очень захотелось попробовать все эти чаи.
– Да без проблем, попрошу Амалию захватить смесь для «Нахального фрукта».
– И откуда ты такие названия взяла? – с улыбкой спросил Эгмонт. Я деланно безразлично пожала плечами, мысленно ругая себя. Решила же вести себя аккуратней. И при сестре, утром смешивая жидкости для духов, я изображала неуверенность в результате.
Да уж! Не быть мне Штирлицом.
–Это первое, что пришло в голову, – пробормотала я. – Просто я считаю, что названия должны быть яркими, запоминающимися.
– Нахальный фрукт, – Эгмонт словно покатал название на языке. Пожал плечами, всё ещё пребывая в раздумьях. – Время покажет, насколько твоя тактика верна.
После обеда мы с сестрой направились в лавку артефактора.
Уже в ландо сестра мне поведала интересную историю.
– Пока тебя не было в гостинице, заходила жена нашего соседа – владельца таверны и спрашивала, каким образом мы подвесили горшки на крыльце. – Я вопросительно приподняла брови, и Ребекка не разочаровала. – Я рассказала, что это ты придумала способ. И лично я ничем не могу помочь, – мои брови подскочили ещё выше, и это не осталось незамеченным.
– Пусть рассматривают, – с улыбкой сказала я.
У Маррена мы не стали задерживаться. Его помощник помог загрузить центрифугу, а уж вафельницу и миксер я унесла сама. За артефакты отдала полтора золотых, что существенно снизило запас наличности. Благо ещё центрифуга досталась нам по себестоимости, восемьдесят серебряников.
В ателье модистка уже без особого интереса посмотрела на мои платья, но цену не пыталась сбить.
– Я могу остальные платья сдать в другие магазины, – предложила я.
– Да не стоит. Я возьму всё. Сейчас розовый цвет на пике популярности, – возразила модистка, отсчитывая монеты.