Как и я, она просто влюбилась не в того парня. Да, ее убил не этот парень, но она была бы жива, если бы не банды и их гребаная политика.
Я не отреагировала, когда Кейд сел позади меня, обхватив с обеих сторон мощными бедрами. Сильные руки притянули меня к его груди. Я сидела неподвижно, пытаясь собраться с силами, чтобы отбиться от него. Проблема заключалась в том, что все мои силы уходили на то, чтобы не впасть гребаную истерику. Я сосредоточилась на том, какой идиоткой была, позволив еще одному мужчине, так похожему на того, кто чуть меня не убил, забраться в мою постель и мне под кожу.
— Детка, — прошептал он мне на ухо мягким голосом.
Я проигнорировала его и продолжила тупо смотреть на море."
"— Кроуфорд не имел никакого гребаного права рассказывать тебе это, пороча клуб. — Его голос все еще звучал мягко, но в нем слышалась злость, хотя он злился из-за меня.
Я окаменела.
— Боже упаси, чтобы он опорочил ваш чертов драгоценный клуб, — прошипела я. — Не важно, что девушку убили.
Услышав мои слова, Кейд напрягся.
— Гвен, ты ничего не знаешь о Лори.
— Нет, знаю. Я знаю, что она влюбилась в мужчину, опасного мужчину, который тогда ей казался волнующим, заставлял чувствовать себя живой. И независимо от того, как быстро надвигалась тьма, любовь все еще освещала ей путь, и она игнорировала знаки, большие гребаные мигающие красные знаки, которые должны были заставить ее со всех ног бежать в другую сторону. Но она этого не сделала, и это привело ее к смерти. Изнасилованная. Избитая. Мертвая, — в конце мой голос сорвался.
Кейд вздрогнул от моих слов, его руки сжались вокруг меня. Затем я оказалась в воздухе, меня развернули, и я оседлала его, а он обхватил ладонями мое лицо.
— Гвен, посмотри мне в глаза, — пробормотал он, глядя на меня так пристально, что я была уверена, что он заглянул мне в душу. И увидел разбитые осколки.
— Булл любил Лори. Черт, я никогда не видел такой любви. Они были последними людьми, которых можно вообразить вместе. Он — огромный ублюдок с татуировками. Она — крошечная малышка, меньше тебя, со светлыми волосами, сиявшими, как солнце.
— Кейд... — перебила я, не желая больше слушать, но его взгляд стал суровым.
— Детка, заткнись, сейчас говорю я. Подожди, пока не услышишь всю гребаную историю, прежде чем сказать еще хоть слово.