Она открыла глаза и ответила:
— Хорошо!
— Я пойму, если ты промолчишь. — по ее упрямому взгляду догадался, что она решила терпеть и молчать.
Вытащив из прикроватной тумбы пачку презервативов, раскрыл один и уверенными движениями раскатал его на члене.
Только я знаю, чего мне стоило не проникнуть в нее сразу. Несильными толчками я несколько минут пытался растянуть вход. Все же головка члена в разы толще пальцев!
Опустившись на локти, я поцеловал ее вкусные губы. Мой приятель настойчиво требовал сделать Еву своей.
Как же в ней хорошо!
Ее пальцы впились в мои плечи, тело напряженно застыло. Чувствуя ее боль, замер.
— Сейчас боль пройдет, маленькая! — нежно целуя ее лицо, заставлял себя лежать спокойно.
— Мне почти не больно, — силилась Ева улыбнуться.
— Открой глаза! — она послушалась.
— Мне хорошо, потому что это ты!
Сорвался! Скажи она что-нибудь другое, я бы устоял!
Не отрывая от нее взгляда, принялся медленно двигаться.
«Придется мелкую многому научить!»
Я уловил момент, когда происходящее стало доставлять ей удовольствие. Пальцы отыскали клитор, поглаживая его легкими движениями, опустил губы на тугую вершину груди.
— Игнат… — протяжно простонала она. Дыхание Евы срывалось, как впрочем, и у меня.
— Отпусти себя! — я был на самой краю, но не позволял себе кончить без нее.
Не меняя амплитуду толчков и ласк, я вел ее к оргазму.
Мой приятель попал в самый сладостный капкан! Тугие мышцы с такой силой сжимали меня, что от удовольствия в глазах потемнело!
Грубо выругавшись, потому что не мог больше сдерживаться, я резко проник в нее на всю длину. Контролировать последние толчки перед оргазмом было выше моих сил!
Сграбастал ее в свои объятия с такой силой, словно хотел впитать в себя ее запах. Тело Евы покоилось в моих руках, по ее мышцам проходились еще судороги пережитого удовольствия.
Блин, мне точно предстоит бессонная ночь! Но губу придется закатать, секса сегодня больше не будет!
*** ***
Ева
Приняв душ, я вернулась в спальню.
— Мелкая, чтобы не съесть тебя, пойду, приготовлю нам что-нибудь. Вот тебе моя футболка и халат, — протянул он мне одежду.