— Может тогда, валокордина накапаешь? — ерничала она.
— Сядь! — кивнул на стул. Альбина ухмыльнулась, но «просьбу» выполнила.
— Ну, начинай. Я тебя слушаю. Неверное, спешишь вернуться в постель?
— Прекращай! Я могу ничего тебе не объяснять, проводить до двери и забыть обо всем, что нас связывало эти годы. Но твоя обида будет так велика, что ты примешься мстить. Побежишь настраивать отца против меня. Я даже останавливать бы тебя не стал, но есть то, чего ты не знаешь.
— Ты о чем?
— Твой отец болен. У него рак, Альбина.
— Ты врешь! — нормальная реакция на то, что она сейчас услышала.
— К сожалению нет. Он уже больше года борется с болезнью, не хочет вас волновать.
Она закрыла лицо руками и опустила голову.
— Он умрет?
— Недавно он прошел курс химиотерапии, нужно подождать. Но стрессы, как и многое другое ему противопоказаны.
— А я думала, ты меня до сих пор не бросил, потому что хочешь продвинуться в науке, а ты оказывается, жалел моего отца.
— Еще несколько недель назад, я думал на тебе жениться. Но сейчас понимаю, что из этого бы ничего не получилось. — я поставил точку.
— Я люблю тебя, Ворон! А ты хочешь меня! Я согласна быть с тобой на любых условиях! — зарыдала она в голос. Я испытывал к ней жалость, но менять своего решения не собирался.
— Успокойся! — я набрал стакан холодной воды и поставил перед ней.
— Ты ни с кем не будешь счастлив! Никто не будет терпеть твои постоянные измены! — расходилась она.
— Выпей! — взяв стакан, поднес к ее губам и чуть ли не насильно влил воду.
Какое-то время в кухне стояла тишина. Альбина о чем-то думала, не поднимала на меня взгляд. Я хотел скорее завершить этот разговор, но понимал, ей нужно дать время.
— Ты сам скажешь моим родителям? — взяла она себя в руки.
— Я тебе уже говорил, что стрессы твоему отцу противопоказаны.
— Как это по-мужски переложить ответственность на женские плечи.
— Я не перекладываю на тебя ответственность. О расставании мы сообщим Борису Евгеньевичу, после того, как он пройдет очередное обследование. Договоримся, как мы это сделаем.
— А все это время будем ходить к ним в гости, поддерживать разговоры о долгожданных внуках?! — нервно усмехнулась она.
— Он не должен знать, что ты в курсе его болезни. Борис Евгеньевич этого не хотел.