Теплая рука мягко, но уверенно перехватила меня за запястье. Я поспешно отпрянула и вскинула взгляд.
— Что вы делаете в моей кровати? — вырвалось первое, что пришло в голову.
Мужчина лениво потянулся, уголки губ чуть дрогнули в сонной полуулыбке.
— По-моему, это очевидно, — хрипловато сказал он, — я спал. Ты вчера сама просила меня остаться.
Я покраснела до самых корней волос и едва не запуталась в одеяле, пытаясь все же подняться на ноги.
— Это был не сон, — пробормотала я.
Все же удалось принять вертикальное положение.
Сьер Райвен сел на кровати. Белая рубашка соскользнула с плеча, волосы растрепались после сна.
На мгновение прикрыла веки. Память охотно подсунула воспоминания. Его руки, голос, поцелуй, тепло, охватившее меня, когда я дрожала после кошмара. Он казался нереальным, нежным, мягким. Плодом моего воображения!
Натянула на себя одеяло до подбородка, отчаянно пытаясь взять себя в руки. Это все ничего не меняет.
— Совершенно точно не сон. Тебе приснился кошмар, а я не мог тебя просто так оставить.
— Мне снилась Лисса…
— Да, я видел. Ты готова была пожертвовать жизнь ради нее.
Мои пальцы сильнее сжали одеяло. Образ Лиссы, бездыханной на руках Эдриана, все еще стоял перед глазами.
— Она бы сделала то же самое ради меня. В тот день она едва не погибла, спасая студентов, застрявших в академии рядом с разломом. Мы… семья. Понимаете? Как иначе?
Он задержал дыхание, не сразу ответив. Янтарные глаза вдруг потемнели, в них мелькнула тень чего-то почти болезненного.
— У меня не было семьи, Айви, — наконец сказал он, спокойно, но так, что сердце сжалось. — Как сказал один мой наставник… семья — непозволительная роскошь в моем положении.
— Вы многого лишились, сьер Райвен, — выдохнула я.
Он посмотрел на меня серьезно, чуть нахмурившись.
— Мы вчера договорились, что ты можешь звать меня по имени, — мягко напомнил он.
Я покачала головой. В мыслях стучало лишь: «Семья для меня — непозволительная роскошь»"
"— Нет. Это ни к чему.
Соскользнула с кровати и попятилась к двери. Сердце колотилось, мысли путались.
Он встал вслед за мной, и я сердце судорожно кувыркнулось в груди. Нельзя подпускать его близко!
— Это не то, что ты чувствуешь, Айви, — тихо проговорил он, делая шаг ко мне.
— Нет места чувствам в нашем положении. Через девятнадцать дней все закончится.