Поцелуй был глубоким, требовательным, и я тонула в нем, отдаваясь без остатка.
Он прижался ещё ближе, дыхание сорвалось, скользнув к моей шее и ключице, обжигая кожу новым жаром.
Мои пальцы сами нашли дорогу к его плечам, к шее, к волосам. Я тянулась к нему, пока он крепче прижимал меня к себе, словно боялся, что я исчезну. И вновь наши губы встретились. Поцелуй становился все глубже, жарче, и я тонула в нем, задыхалась.
Его ладонь скользнула вдоль моей спины и потянулась к застежке платья.
И… Я все же отстранилась.
Прижала ладонь к его груди и чуть отстранилась, сбивчиво прошептав:
— Дэмиан… Я работала весь день, и… мне нужно в ванную.
В его глазах сверкнула искра. Уголки губ изогнулись в улыбке, от которой сердце снова сбилось с ритма.
— Значит, идем в ванную, — прошептал он и подхватил меня на руки. — Сегодня нам ничто и никто не помешает. И эта ночь только наша.
67
За пару мгновений мы оказались наверху. Дверь распахнулась, Дэмиан опустил меня на ноги и я удивленно ахнула.
Просторная ванная. Больше, чем я могла себе представить. Мраморные стены, теплый свет светильников отражался и бликовал в воде большой ванны-бассейна. Стоило нам войти, как из каменного излива тонкой, ровной струей потекла вода, мерцая серебристым светом.
— Да она больше моей комнаты, — я выдохнула.
Дэмиан коснулся губами моего виска.
— Больше комнаты для гостей, — поправил он мягко. — Но теперь ты переезжаешь в мои покои. С этой ночи. Теперь ты здесь хозяйка.
Мир словно качнулся. Слова прозвучали просто, но я никак не могла осознать это. Я — хозяйка в этом доме?
— Располагайся. Я скоро вернусь, — добавил Дэмиан и вышел, прикрыв за собой дверь.
Поспешно сбросила платье и белье, стараясь спрятать смущение глубоко внутри, включила душ и позволила прохладным каплям стекать по коже, смывая усталость, землю, пыль. И главное — тревожные мысли. А потом поспешно скользнула в ванну.
Теплая вода обняла, расслабила мышцы, сняла напряжение дня.
И вдруг — всплеск.
Открыла глаза, но не успела обернуться. Горячие руки легли на мои плечи, крепко, уверенно. Спину прижало к чужой груди. Горячее дыхание скользнуло по шее, обожгло кожу, и я невольно вздрогнула.
— Ты так напряжена, — он выдохнул над самым ухом. — Я чувствую твою тревогу.