Он осушил уголки глаз краем рукава и сказал:
– Да, это было поистине чудом, каким и должна быть свадьба. Вы понимаете, барон, что, если бы не лаэрд Мак-Алистер, ваша сестра сегодня вряд ли была бы жива?
– Да, понимаю.
И это было все, чего можно было от него ожидать, но Бренну устроило подобное признание. Коннору было безразлично, что говорит Джиллиан, но рассказ жены по-настоящему тронул его, и единственное, чего ему хотелось, – это наконец остаться с ней наедине и сказать ей, как он гордится ею.
– Бренна, пора домой.
– Да, Коннор.
Она подошла к брату и поцеловала его в щеку.
– Я люблю тебя, Джиллиан.
– Я тоже люблю тебя, Бренна. Пусть он заботится о тебе.
– Он хорошо обо мне заботится. Он любит меня, Джиллиан. И я люблю его.
– Я вижу.
Мужчины обменялись долгим взглядом. Бренна стояла между ними, ожидая, когда они признают друг друга.
Наконец Джиллиан сдался. Он склонил голову перед ее мужем, и Коннор ответил ему поклоном.
Насколько это было возможно, все шло хорошо. Бренна знала, какие они оба надменные и упрямые, но она любила обоих.
Коннор обнял жену и собрался уходить.
– Еще минутку, лаэрд! – крикнула Фэйт.
Она выскользнула из-за спины брата, чтобы он не схватил ее, и побежала за Бренной и Коннором.
– Лаэрд, а вы знаете, сколько братьев и сестер у вашей жены? Бренна украдкой толкнула его, чтобы он ответил.
– Моя жена – седьмая из восьми детей. Ты самая младшая. Да?
– Да. А вы знаете их имена?
– Фэйт, в этом нет необходимости…
– Нет, есть. Если мы что-то значим для тебя, то должны теперь иметь значение и для него.
– Подойди сюда, Фэйт.
Она даже не подумала отказать ему и поспешила навстречу, смело глядя ему в глаза.
– Да?
– Да, лаэрд, – поправила ее Бренна.
– Но он же теперь мой брат. И я должна называть его лаэрд?
– Ты сама прекрасно знаешь, что должна, пока он не разрешит тебе опускать титул. Я что-то не заметила, чтобы это произошло, Фэйт, мы воспитывались с тобой в одной семье, между прочим.
– Ну хорошо, однако я не получила ответа на свой вопрос, лаэрд.
– В этом нет необходимости. Вот они: Джиллиан, Вильям, Артур, Матильда, которую вы зовете Мэтти, Джоан, Рейчел, моя жена и ты.
– Так ты знал… Ты знал? – в изумлении спросила Бренна. – Да.
– Тогда почему ты не позволял мне говорить о них?
– Потому что ты скучала по семье, и, если бы ты говорила о них, тебе бы не стало легче. К тому же я хотел добиться от тебя полной преданности.