Жаль, что порадоваться им я не могу.
— Красивые.
— Ага… — соглашаюсь, кивая.
— Ты ему рассказала?
— Нет. Пошел он…
— Скоро он сам все поймет, — резонно замечает Крис.
Поймет, если не перестанет преследовать меня. А мне бы так не хотелось омрачать его свадьбу.
— Знаешь, Кристин, я подумала… я, наверное, домой уеду.
— На Новый год?
— Насовсем. Возьму академ, а там посмотрим…
— А родителям рассказала уже?
— Нет, — улыбаюсь, — подарочек на Новый год будет.
Ночью, когда подруга крепко засыпает, я снова иду на страницу будущей Даниловой.
Ни единого намека на печаль по поводу болезни ее отца, сплошь цветочки, колечки и морские пейзажи.
Что происходит, Максим?.. Кого ты водишь за нос? Ее? Меня? Или нас обеих?..
И главное — зачем?
Глава 46
Максим"
"Вытянув ноги, поворачиваю голову к иллюминатору, но там ничего, кроме плотного одеяла серых облаков, созерцание которых неумолимо клонит в сон.
— Они составлены с нарушением норм трудового кодекса, — выносит вердикт, перевернув последнюю страницу.
— Да ладно?.. — подъебываю я, — серьезно?
Но тот ожидаемо не ведется. Робот с процессором вместо мозга. Лишенный эмоций, но вместе с тем амбициозный и беспринципный.
Он принял предложение моего отца. И, сука, сделал это так, словно оказал нам услугу стоимостью в его жизнь.
Сразу согласился на брак со Стефой и место во главе компании ее отца. Его условия — брачный договор, должность в правлении даже после того, как брак будет расторгнут и предельная честность с невестой.
На этот раз Стеша знает, что это не более, чем сделка с целью сохранить ее наследство.
Степан после длительного с ней разговора тут же начал вникать в дела компании. Оллсону же пришлось сказать, что он рядовой специалист, которого мы взяли в команду с целью повышения эффективности нашей интеграции в прежнее правление.
— Все договоры с сотрудниками придется перезаключать, иначе забастовки продолжатся.
— Я работаю над этим с прошлого месяца, они это знали.
Вчера практически остановилась добыча на одном из газовых месторождений в Астраханской области. Начальник участка саботировал работу, требуя повышения заработной платы и улучшения условий труда.
Начались беспорядки, которых так боялись Владимир Велундович и мой отец.