Вряд ли кто-то из знавших его прежде мог бы предположить, что лорд Ван Ферсис, величественный и властный, утонченный и искушенный, станет с такой жадностью пожирать жесткое оленье мясо, причем без помощи столовых приборов. Его на редкость моложавое лицо кривилось и дергалось, он плямкал блестящими от жира губами, с хрустом перегрызал хрящи. По его рукам на землю обильно стекал красноватый мясной сок, пятная дорожные штаны и крепкие сапоги.
Могла быть лишь одна причина для столь необычного поведения — долгий голод на протяжении нескольких недель.
Тут будет реклама 1
Однако пусть и без разнообразия, но кашевары старались на совесть, каждый день обеспечивая воинов сытной едой. Нет, лорду не пришлось голодать, он не изнывал от жажды, но изнутри его душу сжигала о с о б а я жажда, страшная и неутолимая, день от дня становящаяся все сильнее. Ван Ферсис тосковал по костяному кинжалу. Да, ему всегда удавалось контролировать эту вещь — ну, почти всегда — он всегда считал себя хозяином, но вот теперь, когда с их расставания прошло много дней, его душу начала пожирать тоскливая жажда.
Тут будет реклама 2
И он, прекрасно осознавая ту бездну, куда со стонущим воем медленно падала его душа, он пытался заглушить жажду чем-нибудь еще.
Например, среднепрожаренным мясом с кровью. Как ни странно — это помогало. И вином — еще одно неплохое средство. Со стуком уронив кость с остатками мяса на тарелку, протянув руку, лорд цепко схватил медный кубок, жадно сделал несколько больших глотков вина, промокнул сальные мокрые губы платком и встал.
Тут будет реклама 3
Его губы невольно разжались, из груди вырвался долгий выдох — переполненный мясом и вином живот давил на внутренности тяжким гнетом. Но ему стало легче.
Достав из кармана небольшую старую кость со сглаженными краями, зажал между ладонями и крепко сжал. Согрел ее дыханием, покатал в ладонях, ощущая, как твердая кость перекатывается из стороны в сторону. Кинжал ею не заменить, но так хотя бы не сдирается кожа с ладоней.
Внимательно огляделся, удовлетворенно кивнул — все в полном порядке.
Тут будет реклама 4
Увеличившийся в несколько раз боевой отряд стал небольшим войском полностью подвластным его воле. К небу тянулись десятки дымов от походных костров, в воздухе витал запах готовящейся пищи, отсыревшей одежды и сладковатая вонь разложения — едва заметная, ибо мертвяки «паслись» с подветренной стороны. Квадратом расположенные шатры надежно защищали от льющего мелкого весеннего дождя, костры раздраженно шипели и плевались дымом.
