Она крепко обняла Пьетро, и тот испустил заметный вздох. Данило закрыл глаза и глубоко вздохнул. Сэмюэль навис надо мной, прижимая руку к боку, который снова начал кровоточить.
— Пока нет.
— Римо, ты перешёл черту и заплатишь за это.
— Ох, уверен, что ты так думаешь.
— Чего ты хочешь?
Я напал на его территорию. Судя по тому, что я узнал о Римо и как он завоевал Запад и вернул себе право первородства, чтобы править Каморрой, его нелегко будет успокоить. Римо считал себя бесспорным правителем Запада.
— Сейчас не время для таких разговоров, Данте. Не думаю, что ты к этому готов. Завтра утром у нас будет еще одно свидание. Установи камеру. Я хочу, чтобы ты, ее брат, отец и жених были в комнате перед камерой.
— Римо, — прорычал я, но тут раздался щелчок.
Римо закончил разговор. Я подавил желание разбить телефон вдребезги. У меня было больше самообладания, даже если оно ускользало с каждым мгновением. Я медленно положил телефон обратно в карман, взвешивая слова, которые собирался сказать.
Данило горько усмехнулся.
— Он играется с нами, не так ли?
Я коротко кивнул.
— По крайней мере старается.
Сэмюэль подошел ко мне.
— Что насчет Фины? Ты что-нибудь узнал?
— Она жива, — сказал я. — Завтра утром он хочет организовать видеосвязь.
Инес нахмурилась, переводя взгляд с Пьетро на меня.
— Что это значит? Он позволит нам поговорить с Финой?
Вэл прижала ладонь к груди и с трудом сглотнула, понимая, что Инес не способна ясно видеть.
Данило отрицательно покачал головой.
— Он собирается заставить нас смотреть? — он опустился в кресло и уперся локтями в колени.
Сэмюэль кивнул в сторону двери, в которую просунулись Анна, Леонас и София, широко раскрыв глаза и приоткрыв рот.
Данило вскочил на ноги и вышел из комнаты, пройдя мимо глазевших на него детей. Через несколько секунд входная дверь захлопнулась, и мотор его Мерседеса с ревом ожил.
Инес, спотыкаясь, подошла ко мне.