Стало понятно, что этот снег уже не растает, как его предшественники. Он настоящий, зимний, скрипучий.
— Мама, снег плишёл! — крикнула Варя, подставляя личико с раскрасневшимися щечками снегопаду. — Какой пушистенький!
— Да, — Лёша тоже прикрыл глаза и подставил лицо снегу. Варя подошла к нему ближе, взяла его за руку, и теперь они вместе ловили снежинки ртом и смеялись, если у кого-то получилось поймать хоть одну.
Глядя на них внутри меня что-то приятно ёкнуло, но тут же вызвало напряжение.
Это неправильно. Он ей посторонний человек, который с такой же лёгкостью, как пришёл в её жизнь, уйдёт из неё.
Внутренний протест взял верх. Я сделала несколько шагов и дочке, чтобы забрать её и увести домой, но заметила, как Лёша наклонился к ней и что-то шепнул.
Оба они как-то странно на меня посмотрели, а Варя, широко улыбаясь, кивнула.
И затем эти два заговорщика начали кидать в меня снежки. Да так много и часто, что мне пришлось бросить сумочку, подпоясать пальто и бегать за ними по всей площадке, будто я ничуть не старше собственной дочки.
Мы носились как ненормальные. Бегали, смеялись, падали, делили Варю, которая боролась то на моей стороне, то на стороне Лёши.
Все уже ушли с площадки, снегом засыпало машина на парковке у дома, а мы всё дурачились, не помня о том, что существуют приличия, согласно которым двое из трёх должны вести себя прилично.
— Лови маму, Лёша! Лови! — кричала Варя и формировала снежный ком, пока я удирала от бегущего за мной Лёши.
— Поймал! — крикнул он, поймав меня за талию и оторвав от земли.
Я взвизгнула, как ненормальная, и очнулась тогда, когда Лёша повалил меня на снег и лёг сверху, согревая горячим телом и частым шумным дыханием.
Обернувшись на Варю, он как воришка, украдкой чмокнул меня в губы и, продолжая обнимать, перевернулся вместе со мной на спину.
— А теперь мама меня поймала! — крикнул он смеясь.
— Я спасу тебя! — смеялась Варя, прыгнув мне на спину.
Неуклюже подставив руку, я пыталась удержать её, но у Лёши получилось лучше держать нас обеих на себе, распластанном на снегу.
— Лёша, беги как челвячок, а я поделжу маму! — кричала Варя, крепко обхватив меня за шею.
— А червячок хочет кушать и замёрз, — сказал он, обнимая нас обеих.
— Мама, — тут же прилетел мне в ухо строгий тон ребенка. — Надо Лёшу поколмить. Всё, пошли домой, хватит баловаться.
— Как скажешь, солнце, — усмехнулась я. — Только нас с Лёшей нужно поднять. Без тебя мы не справимся.
В квартире мы с Варей первым делом переоделись в домашнее.