Да даже твой отец ему уже про рыбалку свою рассказывает.
— Четыре, — хмыкнула я.
— Что четыре? — не поняла мама.
— Четыре бокала тебе понадобилось, чтобы Лёша стал хорошим. Или дело в том, что он при деньгах?
— Ай, деньги… — махнула мама пофигистично рукой. — Сегодня есть, а завтра нет. Главное, чтобы у тебя были, — хохотнула она заговорщицки. — А он такой, да у тебя… хулиган?"
"— Мам, что за нотки шальной императрицы в голосе? Кажется, кому-то на сегодня достаточно четырёх бокалов.
— Да, не… Просто вспоминаю, как твой папа с окна моей комнаты в трусах прыгал.
— Папа, вроде, и с Серёжей строгого тестя изображал.
— Не, — поморщилась мама. — Папе твой Серёжа никогда не нравился. Просто он терпел его ради тебя. Видел, что ты влюблена. А Лёша ему действительно понравился. Особенно после того, как папа узнал, что твой этот парень посадил Серёжу… Твой папа так даже свой любимый спиннинг не хвалил, как Алёшу.
— Не сомневаюсь, — хмыкнула я, вновь пригубив вино. — Я про мат.
— Он тебе правда машину подарил? — шепотом спросила мама.
— Дал свою на время поездить. У него их две. А ты откуда, вообще, всё это знаешь?
— Катя сказала, — невозмутимо ответила мама.
— И давно это мои мама и подружка за моей спиной мои же кости перемывают?
— Мы за тебя переживаем, — в качестве главного весома аргумента отбилась мама.
— Наверное, потому что они неважны для оценки человеческих качеств? — хмыкнула я.
— Но они пугают. Видела бы его твоя бабка… Вилами бы перекрестила. Главное, чтобы Варя с возрастом от него это не перехватила.
Основными болтунами за столом были, конечно, Варя, папа и Лёша. Но Варя быстро устала, поэтому я уложила её спать, а папа с Лёшей ещё остались за столом, допивая запасы, казалось, всего спиртного, что было в доме.
Мы с мамой уже успели протрезветь. Даже помыли часть посуды, помылись в душе и переоделись в пижамы, а мужчины всё сидели за столом, снова и снова находя темы для обсуждения.
— Моя девочка, — сказал Лёша, пьяно стрельнув в меня взглядом.