– Вроде расстались уже, выспаться собрался без всяких отвлекающих факторов… Что случилось, командир? – Он постепенно приходил в себя.
– Три минуты на сборы – и за калитку, – распорядился Алексей. – Оружие не забудь.
– Так и будем всех собирать? – не понял Куртымов. – Ты бы хоть машину тогда взял.
– Не будем собирать, – проворчал Черкасов. – Хватит уже собранного. Пойдем гниду брать.
Они молчали, потрясенные, когда Алексей в трех словах описал ситуацию. Снова беготня по темным закоулкам, шарахались редкие прохожие, гавкали собаки.
Незадолго до полуночи они просочились в переулок, дальше шли, прижимаясь к заборам. Крючок калитки пришлось подцеплять перочинным ножиком, следить, чтобы не скрипнуло. Свет не горел, занавески были задернуты. Оперативники по одному прошли по прополотой дорожке, собрались у крыльца.
– Стас, давай к заднему окну, – шепотом приказал Алексей. – Спрячься там где-нибудь, не отсвечивай.
– Командир, а ты уверен, что это он? – выдохнул оперативник.
– Уверен, мужики, это он. Как бы странно это ни выглядело…
– Ну, смотри, Макарыч, считай, что мы тебе слепо доверяем…
Оперативник растворился за углом. Алексей первым поднялся на крыльцо, прижался к стене слева от входной двери. Глухо дыша, следом взгромоздился Куртымов, по знаку прислонился к правой стене – от греха подальше. Начнет подозреваемый пулять через дверь – никакое дерево не остановит…
Алексей постучал. Ждать пришлось недолго, послышались шаги.
– Кто? – Голос человека звучал печально и как-то обреченно. Он явно не спал.
– Петр Антонович, это Черкасов, – бодро сообщил Алексей. – Откройте, надо обсудить кое-что. Я, кажется, знаю, с кем мы имеем дело, но хотелось бы прежде обговорить все с опытным человеком. Прошу прощения, что так поздно.
Капитан напрягся. Застыл и Куртымов, подался вперед. Алексей предостерегающе вскинул руку – не высовываться!
– Хорошо, Алексей Макарович, как скажешь… – За дверью вздохнули.
– Один, Петр Антонович.
– Серьезно? Странно, – мужчина невесело усмехнулся. – Вроде трое прошли от калитки. Даже узнал по походке – Вишневский Стас, Куртымов Ленька… Или показалось?
Алексей заскрипел зубами. Чувствовал преступник, что обложили его, нервы на пределе, сна ни в одном глазу, реагирует на каждый шорох…
– Нас больше, Петр Антонович. Это вы троих видели, но за пределами участка есть и другие.