В общем, спокойно себе выехал – там дворами на Конармейскую улицу можно попасть…
– Это грабители, Макарыч, как пить дать, грабители, – возбужденно зачастил Конышев. – Смотри, все совпадает. Они на «Опеле» въехали во двор – там не было никого, поставили машину в стороне, а что такого? Ну, стоит себе колымага, может, из заводского руководства кто ездит, инкассаторы и не напряглись. А когда они прибыли, эти упыри уже в комнатушке заперлись и ждали. По-тихому хотели все обставить… Макарыч, это же достижение! – У Петра Антоновича от возбуждения даже морщины разгладились.
– Минуточку, – насупился Алексей. – Этот мужик вот так запросто с расстояния определяет марку трофейных машин?
– А что не так? – удивился Петров. – Он водилой был на 1-м Украинском, комполка возил. Когда полковой «газик» миной подбили, пересел на точно такой отбитый у немцев «Опель», в нем и возил свое начальство дальше. Еще нахваливал качество немецкого автопрома – дескать, надежный агрегат, ни разу не сломался за три месяца…
– Дьяченко в заводоуправление побежал – звонить во все инстанции, – сказал Вишневский.
"– Это правильно, – одобрил Алексей. – А если не засветится, придется поработать по всем «Опелям» – в нашем районе и в соседних. Но ниточка тонкая – исходя из того, что преступники не дураки.
И все-таки сработало! Вернулся Дьяченко, поставивший на уши все городские службы. А через десять минут прибежала запыхавшаяся женщина из заводоуправления, позвала к телефону. Побежали всем гуртом, набились в контору, как сельди в бочку. Звонил дежурный по отделению, который и должен был принимать звонки от наблюдательных граждан и организаций. Машину засекли минут двенадцать назад на железнодорожном переезде к северо-востоку от города! Это на севере от городской тюрьмы, что расположена в тупике Базарной улицы.
Железная дорога – организация серьезная, военизированная, даже небольшие посты оснащены телефонной связью. Работница в будке на переезде и приняла сообщение о разыскиваемой машине.