Кажется, от болезни и следа не осталось!
Я рассмеялась сквозь слёзы, уткнувшись лбом в плечо Марка.
Он посмотрел с любовью и прошептал тихо-тихо:
– А что ты тогда на берегу загадала?…
Я закусила губу.
– Я… я загадала, чтобы ты стал для Соньки настоящим отцом… Чтоб полюбил её. Всей душой и всем сердцем, потому что… – но я не успела закончить.
Марк перебил меня порывистым поцелуем и прошептал прямо в губы:"
"– Я полюбил. Я полюбил и тебя. И её. Как родную. Клянусь, мне не важно, кто её настоящий отец. С этого момента Сонька моя, слышишь? Я никогда в жизни не упрекну тебя ни в чём.
Я рассмеялась, чуть всхлипывая.
– Марк… Боже… Ты так ничего и не понял…
Он замер, смотря на меня. Ждал ответов, которые и так уже витали в воздухе. Были почти осязаемы.
– Марк, Соня – твоя. Твоя родная дочка, – выдохнула я свою главную тайну, ощущая, как с плеч будто падает груз.
Лицо Марка вдруг побледнело. Потом почему-то приобрело земляной зеленистый оттенок.
Лишь через пару мгновений он вновь смог говорить и хриплым, сорванным шёпотом выдавил одно короткое слово:
– Моя…
Я осторожно кивнула, читая в его глазах так много всего.
– Ты прости… что я сразу тебе не сказала… Я ушла тогда, потому что узнала, что беременна… А ты… ты ведь семью не хотел…
– Господи, – прохрипел Абрамов задушенно, смотря на меня, как на восьмое чудо света сейчас, – господи, какой же я был идиот всё это время.
~Эпилог~
Если бы кто-то сказал мне тогда, в ту самую ночь в больничной палате, что год спустя я буду стоять босиком на тёплом песке Слепой Бухты в белом свадебном платье, я бы… рассмеялась в лицо тому шутнику. Мне и сейчас-то тяжело поверить в наше семейное счастье.
Семья… – пять букв, а какой большой смысл. Да, сегодня мы станем семьёй. Настоящей.
Мандраж внутри нарастал с каждым мигом.
Лёгкий ветерок ласкал, словно шёлк. Обволакивал. Трепал тонкие струящиеся ткани, натянутые на деревянную арку, вокруг которой переплетены белые ленточки, лёгкая органза и свежие цветы – лаванда, ромашка и веточки свежего эвкалипта. Всё просто, без вычурности. Но в этой простоте таилась самая настоящая магия.
Море лениво плескалось у ног – тёплое, ласковое. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в цвета спелого персика.