— С ума от тебя схожу. Оля. Разве ты не видишь? Хочу тебя. Всю. Без остатка. Всегда. Везде!
Покрывает всю открытую кожу жадными поцелуями.
Снова возвращается к губам, впиваясь в них с неистовой силой.
— Прости. Я не прошел этот чертов испытательный срок!
Прижимается к моему лбу своим, тяжело дыша.
— Но… Я никогда и ничего подобного не чувствовал! Люблю. Я люблю тебя. Оля! Пойдем в гостиницу, или я возьму тебя сейчас прямо здесь! Или пошли меня к черту, потому что я больше не могу себя останавливать! Когда ты рядом… Сдерживать себя просто невозможно!
— У меня… У меня каблук сломался.
Губы дрожат. Пальцы. Руки. Все внутри взрывается ослепительными фейерверками.
Он сказал! Сказал мне о чувствах! Пусть даже так, но… Разве можно от Фила ждать большего?
— Я не могу идти с тобой в гостиницу, — добавляю, потому что Фил смотрит на меня совсем оторопелым взглядом.
— К черту каблук!
Подхватывает меня на руки, начиная кружить.
— Главное, что ты со мной. Моя!
Мы падаем на постель, как только Фил ногой захлопывает дверь номера.
Всю дорогу до него он так и нес меня на руках!
Жадно срываем друг с друга одежду.
11.1
— Подожди. Я защиту возьму, — хрипло шепчет Фил, на миг отрываясь от меня.
Слышу треск фольги.
Но уже не думаю о том, почему у Фила все оказалось вдруг под руками. Уверен был, что меня так просто совратит, или на другие приключения с кем-нибудь рассчитывал?
Хватит! Это все уже не важно! Надо наконец научиться ему доверять и выбросить все эти глупости из головы!
— Моя.
Я снова оказываюсь в плену его жарких рук.
Извиваюсь, когда его губы обжигают шею.
Спускаются ниже. Доходят до ложбинки.
— Какая ты. Нереальная. Моя! Люблю тебя, малыш, — шепчет Фил, лихорадочно лаская меня все ниже. И ниже. Все более ненасытно. Страстно. Порочно…
И я выгибаюсь ему навстречу!
Даже прикусываю простыню, чтобы не закричать от … Восторга? Счастья?
Пусть. Пусть это вырвалось у него вот так.
Но ведь настанет день, когда он мне скажет эти слова и по-другому! Уверена, настанет! Такое просто так с языка не срывается!
А его язык уже творит настоящее безумие.
Стыд пронзает меня ледяной иголкой. Разве можно? Целовать? Там?
Пытаюсь прикрыться, сжимаю бедра, но Фил, с глухим рыком, распахивает из еще сильнее. Не дает мне этого сделать! Прижимает мои распахнутые ноги своей!
— Ты прекрасна, Оля. Даже не представляешь.