Договорюсь с преподавателями, сдам все позже. Ведь не откажут же они княжне? После совершеннолетия статус скрывать уже не получится, да и смысла в этом никакого нет.
Покосилась на демона, не поднимая головы. Все это будет всяко лучше, чем еще несколько месяцев терпеть эту пытку, разрывая собственное сердце на части.
Плакать перехотелось. Теперь на место обиде пришла бессильная злость. Это Верховный дознаватель свалился со своим шантажом как снег на голову. Веселится, за мой счет развлекается.
А мне из-за него приходится отказываться от того, к чему много лет шла, о чем мечтала.
А сам то он учился в Академии Боевых Искусств в столице той же Темной Империи. Именно этот аргумент в свое время стал решающим, поэтому родители все же позволили мне уехать в чужую страну.
— В чем дело? — требовательно выдохнул мне в макушку лорд-дознаватель, вытягивая меня из пучины злости и обид.
— Ни в чем, — еле слышно ответила я, мотнув головой.
Мой ответ демона не устроил. Меня требовательно развернули лицом к себе, и лорд Аллен приподнял мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
Желтые радужки ярко выделялись на фоне черной маски. Декан не сводил с меня пристального взгляда. Не знаю, что он пытался разглядеть в моем взгляде, и что ему удалось увидеть.
Но неожиданно мужчина резко поддался вперед, и мой рот стремительно накрыли горячие губы со вкусом мятных леденцов.
Я замерла, с удивлением осознавая происходящее. В моей голове пронеслась шальная мысль о том, что вкус поцелуя лорда-дознавателя точно такой же, как во сне. Но она не успела нигде закрепиться, ее яростно смыл лорд Аллен своим напором.
И я вообще перестала о чем-либо думать, полностью отдаваясь ощущениям.
Запоздало разомкнула губы, отвечая на поцелуй. И декан тут же воспользовался этим, углубляя его.
От нахлынувших ощущений всхлипнула прямо в рот демону и вцепилась в ворот его рубашки, пытаясь то ли удержаться, то ли притянуть его к себе ближе.
На затворках сознания появляется мысль, что это гораздо лучше, чем все, что мне снилось с участием собственного декана.
А лорд Аллен тем временем прижал меня к себе ближе, практически впечатывая в твердую грудь.
И только тогда, сквозь эту пелену безумия, до меня начали доноситься посторонние звуки.