— Вы успеете собраться? Мы за вами заедем.
— Мне не понадобится много времени, — поспешно его заверяю, — если, конечно, не нужен вечерний макияж.
И покрываюсь краской.
Боги. Я разговариваю с ним так, будто он меня не на ужин приглашает — или обед, — а на съемки. С непристойным контентом. Хорошо, Арсанов не видит, как я краснею.
— Не нужен, Полина. Вам вообще никакой макияж не нужен, вы очень красивая девушка.
Договариваемся о времени, я зову Богдана, и мы идем к выходу. Бодька всю дорогу шумно радуется, а мне самой хочется прыгать по аллее от радости.
Бормочу извинения, но мужчина остается стоять.
— Здравствуй, Полина. Какая встреча!
Поднимаю глаза и несколько минут соображаю, кто передо мной. Узнать узнала, а вспомнить имя не могу. Потому что все мысли забиты под завязку совсем другим именем.
— Здравствуй, Роб, — наконец вспоминаю. — Можно пройти?
— И когда же ты мне собиралась сказать? — говорит Роберт, и я только сейчас замечаю, как суживаются его глаза.
— О чем, Роберт? — смотрю непонимающе.
— О нем, — указывает он на испуганно притихшего Бодьку. — О том, что у меня есть сын.
Глава 14
— Роб, ты в своем уме? — делаю шаг в сторону, чтобы его обойти, но тот отзеркаливает движение и снова загораживает проход.
— Ты больше не сможешь его прятать от меня, Полина, — в голосе Роберта появляются угрожающие нотки.
Он приближается вплотную, я упираюсь ладонями ему в грудь.
— Мама!
Детский крик мгновенно отрезвляет. Оборачиваюсь на сына — мой мальчик испуган, его взгляд прикован к Роберту, и меня накрывает волна ярости.
Я готова убить Роба, расцарапать лицо, если надо, укусить.
— Ты. Испугал. Моего. Сына, — шиплю, наступая на мужчину, и тот ошарашенно отступает.
— Это мой сын, Полина! — теперь он защищается, а я пытаюсь расстегнуть сумку.
Руки трясутся, не слушаются. Достаю из сумки телефон и роюсь в папке «Документы». Там лежат скрины всех Бодькиных выписок и медицинских заключений. Там же скрин его свидетельства о рождении.
Нахожу дату рождения и сую телефон под самый нос Роберту.
— Вот, смотри. А теперь напрягись и вспомни, когда мы расстались. Считать еще не разучился? Кто ходит беременным одиннадцать месяцев, Роб?
Мужчина растерянно смотрит то на меня, то на экран, то на Богдана.