Должно быть, Энтони догадался, что она с нетерпением ждет его ухода, потому что кивнул ей довольно холодно, улыбнулся миссис Голт и поспешил вниз по ступенькам к поджидавшему его экипажу.
Луиза нырнула в дом, словно за ней черти гнались. Она практически швырнула шляпку и перчатки и спросила экономку:
– Леди Эштон дома?
– Еще нет, мэм. Она на собрании Общества садоводов – любителей, но должна вернуться довольно скоро.
– Я буду в кабинете.
Луиза пошла по коридору. Она понимала, что экономка скорее всего смотрит ей вслед, а потому просто шла, высоко подняв голову и сжав руки, хотя больше всего ей хотелось пуститься бегом.
Луиза чувствовала себя ужасно. Сердце колотилось как бешенное, дыхания не хватало, словно грудь стягивал стальной корсет. В голове билась паническая мысль о том, что надо бежать, спрятаться, скрыться… но куда? Ей некуда бежать. Нужно хоть немного взять себя в руки.
– Нельзя нервничать, – повторяла она. – Он не знает, кто я, и никогда не узнает. Нет никого, кто мог бы обнаружить правду.
«Чудненько, вот уже я и сама с собой разговариваю», Луиза вернулась к столу и отпила еще бренди, на этот раз, ограничившись маленьким глоточком. Затем отошла к окну и уставилась в сад.
Возможно, подействовало спиртное: хотя дрожь и страх еще не прошли, к ней вернулась способность рассуждать. «Мое состояние вполне объяснимо, – твердо сказала себе Луиза. – Сегодня я пережила несколько очень непростых моментов. Сначала был тот потрясающий поцелуй, который существенно поколебал мое спокойствие и лишил значительной доли привычного самообладания.
Еще глоток бренди. Паника отступает, дыхание становится ровнее. «Пожалуй, все не так страшно, – решила Луиза, поставив на стол пустой стакан. – Я справлюсь. Просто мне придется быть очень осторожной в будущем.