У меня в соседней раздевалке за тонкой стеной весь основной состав нашей футбольной команды плюс запасные. Кстати, судя по статистике, вы ведете, — усмехаюсь, глядя в его удивленные глаза. — Я достаточно аргументировала свое «нет»?
— Меня не было вчера в клубе, — он отлипает от стекла и садится в пол-оборота.
— Тай, один вечер ничего не меняет. Судя по разбитому лицу, твой вечер тоже прошел весело. Забери цветы, я не возьму.
— Нет! — его верхняя губа вздрагивает. — Я тебе принес.
Упрямый!
Закатываю глаза к потолку и поднимаюсь.
Ухожу от него еще быстрее, чем шла сюда. Сердце продолжает невнятно сходить с ума.
— Юля! Юль, стой! — Тай ловит меня за локоть.
Растерянный, горячий. Ладонь его обжигает кожу так, словно я ее к печке приложила. И взгляд опять тоскливый. И губа эта раненная. Смотрю на нее. Он проводит языком по ранке.
Что за привычка вообще, губы облизывать!
— Юль, что не так опять? Что я не так сделал? Я реально не понимаю. Скажи, что сделать. Я сделаю.
— Ничего не надо, Тайсон.
— Да почему?! — психует. — Что со мной не так?!
Я не знаю, что ему сказать. Когда он смотрел на меня нагло и дерзко, было проще. Впервые язык прилипает к небу и не справившись с его болезненно-тоскливым взглядом, я ретируюсь в ближайший коридор. Прячусь в нишу, чтобы отдышаться. Капец, у него энергетика. Сносит и ноги подгибаются.
Наверное, это потому, что мне тоже нужен секс. От него им тянет. Девчонки говорили, Тай крут в этом деле. А я… весь мой опыт сводится к одному единственному разу, еще в интернате.
Выглядываю из своего укрытия. Моего сталкера не видно.
Возвращаюсь в холл. Роза все еще лежит на подоконнике. Забираю.
На лепестках несколько алых разводов. Его кровь. Наверное трогал, когда собирался. И как теперь этот цветок тут оставить? Не могу.
Оглядываюсь на знакомый смех. Девчонки уже переоделись.