И вот когда я восстанавливаю дыхание, мои щеки высушены, а глаза больше не горят от соленой влаги, я, наконец, могу спокойно поговорить с ним.
— Что говорят врачи?
— Мне повезло, что пуля застряла в четвертом межреберье и не повредила легкие. Говорят, каких-то пять миллиметров и мои легкие были бы наполнены кровью, — Тимуру тяжело говорить и дышать, поэтому он делает долгие паузы и набирается силами для следующего предложения. — Тебе не о чем волноваться, Адель. Все обошлось.
— В этот раз обошлось! А если это случится еще раз? Если те, кто решился напасть на тебя придут снова? Известно кто это сделал?
— В нападении на меня замешаны наши конкуренты.
— Ты хочешь сказать, что кто-то из сотрудников клуба стал соучастником нападения?
— Мои ребята сейчас тщательно ищут эту крысу. Поэтому, тебе стоит быть осторожнее. Я надеюсь, что эти уроды до вас не доберутся.
— Тимур, мне стоит беспокоиться о безопасности моих родных?
Мое сердце, которое не успокаивалось со вчерашнего дня, начинает биться еще быстрее. Я потеряла родителей, чуть не лишилась Тимура, и если что-нибудь случиться с моим младшим братом или бабушкой, я точно не смогу это пережить.
— Нет. Тебе не о чем волноваться. Даян проконтролирует вопрос о вашей безопасности, — Тимур поднимается на руках, чтобы поменять положение тела, и вместе с этим на лице против его воли вырисовывается гримаса боли.
— Тебе больно… Мне так тяжело на это смотреть. Я умираю от одной мысли, что они могут вновь прийти за тобой.
— Все будет хорошо, Адель. Я не позволю этим ублюдкам разлучить нас."
"Я слушаю его и понимаю, как сильно мы похожи.