– Мне очень жаль.
Она открыла рот. Потом поглядела на меня с недоверием:
– Что?
– Я тебе не подруга, – продолжила я. – И мне все равно, что там у тебя с мистером Саттоном. Я не выдам твою тайну.
Она крепко сжала губы.
– Я всего лишь хочу для себя покоя.
– Почему я должна тебе верить? – спросила она, прищурившись. – Я тебя совсем не знаю.
– Это правда, – ответила я. – Но меня знает Джеймс. И я ему пообещала.
– Ты ему пообещала, – повторила она так, будто не до конца понимала значение слов.
– Да, – сказала я, помедлив.
Какое-то время она молчала и недоверчиво пялилась на меня. Но затем поменялась в лице. Недоверие как ветром сдуло, в ее голове словно сложились несколько деталей одного пазла. Взгляд переключился на кого-то другого.
– Вот оно что, – выдала она наконец.
Я растерянно обернулась в попытке понять, что она имеет в виду. И увидела Джеймса, стоящего у бара. Он брал одну за другой бутылки и изучал их этикетки.
– Что именно? – спросила я.
Она спокойно улыбнулась:
– Не беспокойся, ты не первая.
Я понятия не имела, о чем она говорит.
– Многие девушки еще задолго до тебя пали жертвами его обаяния.
Тут меня переклинило. Я не смогла сдержаться и прыснула колой.
Лидия озадачилась:
– Что смешного?
– Не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь об этом, но твой брат – скорее противоположность любому обаянию.
Она неожиданно застыла, будто не знала, то ли ей разозлиться, то ли засмеяться. Джеймс избавил ее от необходимости принимать решение, вернувшись к нам как раз в этот момент.
– Вот, – сказал он, протягивая Лидии напиток. – Для тебя, сестренка.
Она взглянула на стакан и снова обратилась ко мне:
– Смотри, Руби, я не упущу тебя из виду. – С этими словами она повернулась и исчезла в толпе.
– Что это было? – с недоумением спросил Джеймс, провожая глазами золотистую голову, пока она совсем не скрылась из виду.
Я пожала плечами, и он нахмурился.
– Что она сказала?
– Ничего.
Джеймс рассеянно посмотрел на зал. Кажется, ему нужно обдумать ответ, как будто он не был уверен, что мне можно поведать.
– Ей трудно дается доверять другим людям.
Я вопросительно посмотрела на него."
"– Мало кто смог бы удержать такое в тайне, Руби. – Он пожал плечами: – Более того, процентов девяносто людей продали бы эти сведения прессе или попытались нас этим шантажировать.