Может, пронеслось в голове. Правда, тут же память услужливо подсунула мысль:
– Я читаю мангу.
Джеймс какое-то время смотрел на меня так, будто ему послышалось. Потом улыбнулся:
– Это уже что-то. Правда, я бы не назвал это «рыльцем в пушку», но так и быть. О’кей. И какая у тебя самая любимая манга?
Я озадаченно взглянула на него. Я не рассчитывала на дополнительные вопросы.
– «Тетрадь смерти».
– Ты бы мне ее порекомендовала?
Я понятия не имею, каким образом мы с «Джеймс ломает кровати во время секса» дошли до «Это любимая манга Руби».
– По моему мнению, человеку недостает существенной части общего образования, если он не читал «Тетрадь смерти».
Джеймс в шоке:
– Это ужасно.
Губы непроизвольно растянулись в улыбке.
Джеймс Бофорт заставил меня улыбнуться.
Когда я это поняла, то быстро отвернулась к окну, но уверена, что он успел это заметить. В его глазах блеснуло что-то вроде победы.
Не знаю, как же так вышло.
13
Руби
«БОФОРТ»."
"Фамилия Джеймса величественными буквами красовалась на фасаде резиденции предприятия. Когда он вышел из машины и целеустремленно направился к главному входу, я остановилась и вытаращила глаза сперва на табличку, потом на громадное современное здание, в котором – как объяснил мне во время поездки Джеймс – в нижней части располагался крупнейший в Англии филиал «Бофорт», а в верхней офисы таких подразделений, как дизайн, сбыт, клиентская служба, но в первую очередь, конечно, закройка.
– Ну, ты идешь? – окликнул Джеймс возле парадного входа.
Мы проговорили с ним весь остаток пути. Не так много, но все-таки больше, чем я ожидала. Меня не покидало чувство, что я сплю.
Я в Лондоне. С Джеймсом Бофортом.
Я просто не могла поверить.
– Руби! – крикнул Джеймс, выразительно подняв брови и показывая на часы.
Это вернуло меня в реальность. Я сорвалась с места и побежала к нему. Он придержал передо мной дверь, и я торжественно ступила внутрь. И огляделась.
Этот филиал существенно больше того, где я была с родителями. Благодаря высоким потолкам, белым стенам и ухоженному паркетному полу торговый зал выглядел гостеприимным, хотя вся мебель оказалась черной. Вдоль задней стены тянулись стеллажи до потолка, на них были разложены бесчисленные рубашки.