– Внутри полтора лимона зеленых. Они ваши. Только сначала уговори капитана. Он совсем умом тронулся от счастья.
– Полтора лимона? – не поверил ушам Дедюшко.
Таран подтвердил и рассказал о предложении бандита. Потом сказал:
– Вдвоем донесем эту скотину. Ты, майор, возьмешь его под правую руку, а то у меня одна клешня не работает.
– Только пусть уезжает на твоей машине, – пропыхтел Дедюшко. – Иначе не поверят.
Тарану показалось, что он действительно рехнулся.
– Чему не поверят?
– Что во время схватки с тобой, капитан, опасному преступнику Эльдару Гассадулину удалось оглушить тебя и скрыться.
– Здесь! – произнес Гассадулин.
Таран указал стволом на джип:
– Сходи проверь, майор.
– Полтора лимона, боже ты мой! – повторил Дедюшко, качая головой. – Такой шанс раз в жизни выпадает далеко не каждому. – Повернувшись к Тарану, он прошипел, почти не шевеля губами: – Деньги возьмем и поделим пополам, а Гассана прикончим чем-нибудь тяжелым по башке.
Таран прищурил один глаз:
– А я и не знал, что в СБУ такие ушлые ребята.
– На том стоим.
Цепляясь ногами за корни, Дедюшко полез к джипу. Пока он тихо переговаривался о чем-то с бандитом, Таран молча смотрел на них, а когда Дедюшко приготовился лезть в разбитое заднее окно, отчетливо произнес:
– Гассан! Майор! Вы, я вижу, классно спелись, но не учли одного обстоятельства."
"– Какого? – тревожно спросил вставший на карачки Дедюшко.
– Бандитский джип сгорел синим пламенем! – прокричал Таран, укладывая пистолетный ствол на сгиб левой руки. – Вместе с бандитскими баксами!
– Ты рехнулся?
С этими словами Дедюшко попытался встать, но не успел. Три пули, одна за другой, прошили бензобак «Чероки», обращенный к Тарану. Какая-то из них высекла достаточное количество искр.
Плоф-ф!
Слепящий огненный шар набух и лопнул в овраге. Оглохший и ослепший Таран почувствовал, что его, словно былинку, несет куда-то, ударяя о кочки.
Через две недели, когда Дедюшко смог говорить, началось следствие.