Она попятилась, намереваясь развернуться на каблуках, чтобы удалиться с высоко поднятой головой. Прежде чем она успела сделать это, Таран невинно захлопал глазами и воскликнул:
– Как? Вы не будете меня кормить? Хотите позволить умереть мне голодной смертью в этом чудесном заведении?
– Так это и есть ваше желание? – догадалась девушка.
– Ну конечно! А вы думали?
Она просияла:
– Вот меню, выбирайте, пожалуйста…
Таран принял у нее книжицу с золотым тиснением и положил на стол.
– Ты не ответила, как тебя зовут, – напомнил он укоризненно.
– Люда, – пролепетала официантка.
Сбитая с толку ласковым обращением, она не заметила, что ее уже называют на «ты». Не бог весть какое достижение, но, не перейдя на «ты», вряд ли уложишь женщину в постель. Во всяком случае, Тарану это еще ни разу не удавалось.
– А я Евгений. Не Онегин, не волнуйся.
– Онегин? – Люда наморщила лобик. – Вы о ком? Я не знаю никакого Онегина.
Святая простота! Хотя нет. Кто, где и когда видел святых официанток, скажите на милость?
– Короче, я Евгений, которого близкие называют Женей, – представился Таран.
– Надеюсь, – улыбнулась Люда, раскрашенная, как индеец, вышедший на тропу войны. Она и впрямь полагала, что у нее хороший вкус. И она до сих пор верила тому, что говорят мужчины, разглядывающие медальон на ее груди.
– Жду тебя с нетерпением, – сказал Таран.
Однако Люда не спешила расставаться.
– Пить что будете? – спросила она. – Вино или…"
"– Или, – отрезал Таран. – Минеральную воду. Но заплачу за нее, как за кислое вино, которое по какому-то недоразумению зовется сухим. Оно у вас небось подается под видом итальянского?
– Почему под видом? – вступилась Люда за честь ресторана. – Вино у нас действительно итальянское.
– Ну да, ну да. Ежедневно доставляется с виноградников на склонах Везувия. Самолетом.
У Люды вырвался нервный смешок.