Вспомнила события прошлого вечера, ночи…
– Милли, – заговорила почти шепотом, – а сколько я…
– Да почитай больше суток, леди Сайрен.
Медленно кивнула. Затем осторожно сняла с себя наброшенное служанкой покрывало. Мое физическое состояние было превосходным, чего нельзя было сказать о душевном. Но мне следовало держать себя в руках и начинать новую жизнь. Самостоятельно.
* * *– Оставайся, Найри, – госпожа Шилли вновь подлила мне травяного чая.
Сестра моей няни, такая же добрая и отзывчивая, отложила всю работу и завтракала вместе со мной.
– Мне не хотелось бы вас стеснять, – откровенно сказала я, чувствуя, что третий пирожок с малиной был лишним.
А еще четыре с разными начинками мне предстояло «хотя бы попробовать».
– Найрина, – госпожа Шилли всплеснула руками, – ну куда ты пойдешь, милая?
Это был сложный вопрос, но я о нем думала.
– В лечебнице СанЭстин персоналу предоставляется жилье и заработная плата.
– Лечебница для умалишенных? – с нескрываемым ужасом переспросила госпожа Шилли.
– Они просто больные люди, – тихо ответила я.
Мне вспомнился тот высокий мужчина с длинными светлыми волосами, кто практически принес меня сюда. Принес, не бросил, не оставил лежать посреди ночи на улице. И стыдно, безумно стыдно, что ему действительно пришлось именно нести, он даже вещи взял…
– Найри, милая, тебе же есть где жить! – возмутилась госпожа Шилли.
Сердце кольнуло болью.
– Тогда у меня была магия, – тихо ответила я, откладывая чашку.
Тогда…
Стук в ворота, лай собак. Хозяйка торопливо поднялась, подошла к окну:
– Вот и с мельницы вернулись.
У госпожи Шилли трое сыновей и ни одной дочери.