Ну? Что дают нам эти печальные истории?
– Мессалина одна, я же сказал! Разные аферистки являются Зинаидой Печкиной, у которой мы, возможно, найдем паспорта на все эти фамилии. И мой помощник все это получил у человека, который наверняка их паспорта ей и продавал. Как продал нам и эти документы. А вот и она, – Сергей движением фокусника поднес к глазам Славы снимок.
– Е…лки, – произнес Земцов. – Если жертвы на это пошли, значит, другого способа покончить жизнь самоубийством у них не было.
– И они покончили ее убийством.
– Сережа, если все так и мы ее берем, то все узнаем. По крайней мере, где зарыты жертвы.
– Не думаю, что ее в это посвящали.
– Не понял, он уже пьет?
– Пока не регулярно. Сослуживцы спиртное принесли в больницу.
– Да, с этим действительно можно работать. Это наверняка ее личные деньги, поскольку все остальные ну никак не могли держать свои под кроватью или в чужой комнате. Это самый дурацкий момент во всей истории.
– Не исключено, что Сидорова не захотела отдавать ей деньги, о которых знали сын Валентины и внук. Вот они и подорвались их вывезти, узнав про Зинину попытку проникнуть в комнату.
– Да, ничего себе, версия, – сказал Земцов.
– Извини, у меня попутный вопрос. Слава, а за сколько ты мог бы с ней… Ну, признайся как другу, пожалуйста.
– Столько денег и водки не бывает.
– Я тебя уважаю! – проникновенно сказал Сергей.
Глава 21
Алексей проснулся раньше Лары, прошел в кухню, покурил, открыл банку с кофе, она оказалась пустой. Он, стараясь не шуметь, пошел в ванную, принял душ, оделся и вышел из квартиры. Он не взял даже ключи от машины. Магазин совсем недалеко. Заодно пройдется. Он дошел до особняка Петра Романова, взглянул по обыкновению на окна явно нежилого дома. И вздрогнул.