— Разве недостаточно того, что ты официальный представитель клана Рихтер? — нахмурился я.
— Конечно нет! — удивилась моему вопросу она. — Чтобы заставить крутиться бюрократический аппарат, нужно гораздо больше, чем страх и чьё-то слово. То есть формально-то все подчиняются нашим решениям и не оспаривают их. Но мало просто заставить кого-то с чем-то согласиться. Нужно ещё, чтобы они начали работать. И вот здесь начинаются проблемы.
Я вздохнул, начиная догадываться, о чём она. К сожалению, бюрократы одинаковы во все времена.
А Линда продолжила:
— Чтобы пользоваться своей властью без привычной для чиновников рутины, мне надо буквально ходить за каждым участником цепочки по пятам и лично отдавать им команды. И то есть шанс, что на каком-то этапе всё застопорится и придётся проделывать весь этот вояж заново.
Всё это она говорила, когда мы уже вошли к ней в кабинет, где ждал Арнольд. Так что он быстро уловил суть беседы и решил тоже в ней поучаствовать:
— Линда ведёт к тому, — пояснил он, — что зачастую пара десятков лишних бумажек совсем не лишние.
— Может быть, прислать вам сюда пару «жнецов»? — предложил я.
Не могу себе представить чиновника, который проигнорирует поручение, принесённое «жнецом». Представив себе боевую химеру с наколотым на костяной клинок «предписанием», я чуть не расхохотался.
— Пожалуйста, не надо, господин Рихтер! — побелел Арни, приняв мою идею за чистую монету.
Я усмехнулся. Его рвение обычно забавляло, но в иные моменты начинало раздражать. Может быть, уже снять с него старую метку, которую он заработал, попытавшись предать Прохора?
Но, пожалуй, ещё рано. Хотя я уже даже не уверен, помнит ли он вообще об этой метке или ведёт себя так просто по привычке.
Уже не только я, но и тот же Прохор заметил, что Зеппельт сильно изменился после того, как начал работать на наш клан.
Калинин говорил, что он словно вернулся в прошлое, когда ещё по-настоящему горел своим делом.
В общем, я отложил решение по метке до лучших времён и приготовился слушать целую пачку отчётов, которые Линда с Арни для меня приготовили.
В основном они касались восстановления города после войны, новых строек и, разумеется, продовольственного вопроса.