И пусть эта цель оказался совсем не тривиального порядка, но я был намерен сделать все ради нее — хоть выступить против самих богов.
Пока они говорили, я сканировал их. Их ауру, их потенциал, их скрытые таланты. Среди них были десятки сломанных, отчаявшихся, бесталанных, надеющихся лишь на чудо, но ничего не предпринимающих ради его появления. Таких людей было очень много и я их просто игнорировал. Те, кого я искал, были люди иного рода — те, кто еще был способен бороться. И в итоге, даже среди такой разношерстной толпы, я все же нашел несколько…
…самородков! Тех, кто не хотел сдаваться несмотря ни на что и все время старательно развивал собственные уникальные таланты.
Внезапно подошел старик, который не стал ничего говорить, а просто коснулся земли у своих ног и я почувствовал, как он своей волей успокоил на мгновение гул лей-линий. Геомант. Самоучка, но с врожденным талантом. Идеально для стабилизации почвы в моем будущем саду.
— Ты, — я указал на него пальцем. — В сторону.
Дальше подошла та самая девушка, от которой исходила аура природы.
— Ты тоже. В сторону."
"Следом подошел мужчина средних лет, чьи руки были покрыты руническими татуировками. Он молча протянул мне сломанный амулет. Я увидел, как он мысленно пытается восстановить его разрушенную матрицу. Техник-артефактор. Грубый, но с пониманием сути.
— И ты.
Когда последний проситель ушел, я отобрал всего пятерых. Пять полезных неограненных самородков из целой толпы умоляющих. Я медленно поднялся с кресла. Оставшаяся толпа смотрела на меня с мольбой в глазах. Но увы, лишь с молитвами, в этом мире не выжить.
— Больше мне никто не нужен, — произнес я, и мой голос разнесся над поляной. — Уходите.
Я развернулся и пошел обратно к своему холму, оставляя за спиной тишину, полную разочарования одних и благоговения других.
«Ваша свита растет, Ваше Темнейшество, — прозвенела рядом фея, делая в воздухе сальто с ехидной улыбочкой.
Я промолчал, но понимал, что она права. Я хотел построить стену, чтобы отгородиться от этого мира, а вместо этого, против своей воли, закладывал фундамент чего-то нового. Новой организации. И центром этой организации, к моему величайшему сожалению, снова был я сам.