Самый необычный танец в моей жизни, который полностью контролирует партнёр. Миг и мы падаем, чтобы почувствовать отрезвляющую мягкость его постели.
— Нет! — я отстранилась, открыв наконец глаза и попыталась выпутаться из его объятий. — Нет!
— Что такое? — мягкий голос обволакивает разум, не отпускает из страстно-нежной неги, но я сопротивляюсь.
— Мы не можем. — Смотрю в его глаза, в которых больше нет черноты, а только привычный мне, завораживающий космос, и понимаю: — Я не могу.
Но Судья удивляет меня. Он нежно улыбается, коротко целует меня в губы и заявляет:
— Я рад.
— Чему?
ЧП усмехается и тут же ведёт носом по моей скуле, отчего невольно прикрываю глаза, стараясь полнее ощутить мимолётную ласку.
— Многому. Очень многому, Василиса…
Звуки своего имени на его губах, просто песня для слуха. Я готова, наверное, вечно слушать, как оно звучит его голосом.
— Ты просто не представляешь, как сильно я ждал такого момента, чтобы просто обнять тебя. Хоть не ненадолго побыть рядом. Без споров, разногласий и желания кого-нибудь придушить.
Улыбаюсь едва заметно, понимая, что каждый во взводе желает устроить мне взбучку, но цепляют меня другие мысли, отзывающиеся дрожью в голосе.
— Ты… Она тоже тебя заставляет?
Его пальцы, гладившие моё плечо, замирают, а сам он смотрит мне в глаза и, готова поклясться, я видела там неприкрытое возмущение.
— Это не тот вопрос, Вася, который я бы хотел услышать. — говорит ровно, но я чувствую нотку обиды в голосе. Понимаю, какой вопрос должна задать, но я отчего-то страшусь ответа, как и того, что будет завтра.
Вот так, одной фразой и войну объявить и попытаться мир от грязи спасти. Да парень, не далеко тебе до Гитлера.
Можно быть глупой дурочкой, поддаться искушению, а потом страдать от стычек с его невестой.
— Эти отношения невозможны. — Проговариваю тихо, отворачиваясь от него. — Я не могу быть в тебе уверенна.