Она опять сейчас в обморок рухнет, что делать будешь?! – услышала у себя за спиной.
Тётя Аля. Хрупкая женщина, которая его совершенно не боится. И что удивительно, он ослабил хватку. Даже дышать легче стало, но на подбородке похоже останется синяк.
– Кейт, – уже мягче, хотя было видно, что это дается ему с трудом, – ты останешься тут. По крайней мере, сегодня. Это не обсуждается!
– Но как?! – во мне поднялась волна праведного возмущения. – Для чего?! В качестве кого? Мне даже одеть нечего?! И на работу в понедельник, – последняя фраза прозвучала совсем тихо, неуверенно и как-то глупо.
Под его взглядом решимость быстро начала убавляться, и я начала нести откровенный бред. Последнее, что меня сейчас волновало, это то, что мне не во что переодеться.
– Собирайся! – сказало это чудовище и собрался куда-то иди, окончательно убрав от меня руки.
И тут я снова впала в ступор. Это мое нормальное состояние рядом с этим человеком. Я так скоро привыкну. Чуть что, сразу падать замертво и все. И нет меня.
А зависла я потому, что собираться мне было не во что. В смысле, надеть-то нечего.
Он, кажется, догадавшись о причине моего мыслительного процесса, только закатил глаза, сдул с лица челку, взял за руку и потянул за собой наверх. Сопротивляться было глупо. Против танка, как говорится, не попрешь.
Мы вернулись в спальню.
– Стоять! – приказал он и вышел.
И я стою.
Вернулся через пару минут и вручил мне штаны. Даже думать не хочу чьи, потому что явно женские. Внутри кольнула ревность.
Супер! Теперь я его еще и ревную. К кому? Да похоже это совсем не важно.
– Должны подойти, – тем временем сказал он. – Это Дашки. Сестры. Она чуть выше тебя, так-то могут быть коротковаты, но это не важно. Это ненадолго. Футболки нет. Останься в моей. Хотя нет. Возьми сухую в шкаф, а эту просто оставь на полу, Алевтина Григорьевна потом заберет и кинет в стирку.
Сестры, значит. Ну окей. Пусть будет сестры.
– Дима, ой, Дмитрий?
Он снова закатил глаза. Он, похоже, так делает, когда его что-то раздражает, какая-то нелепость. Это сейчас как раз про меня.
– Просто «Дима» и на «ты»! Пожалуйста! Что ты хочешь? —
точно, раздражение.
– А мой рюкзак? Он остался там, да? – Я опустила глаза. В этот момент смотреть на него не хотелось."
"Он, видимо, понял. Снова понял мои чувства.