Кезон выкинул в окно еще одну пачку купюр – и снова они закружились в воздухе, привлекая внимание всех, кто находился на улице. Случайные прохожие бросались в толпу, пытаясь завладеть деньгами. Даже Оксана едва не подорвалась и не помчалась за халявными деньгами – я вовремя схватила ее за плечо.
– Не смей! Эти кабаны тебя там раздавят!
– Точно… Что это со мной?.. – слабо улыбнулась коллега.
Я лишь вздохнула и перевела яростный взгляд наверх, на распахнутое окно. Кезон смотрел на беснующихся людей внизу и смеялся.
– Придурок! – воскликнула я. – Ты посмотри, какая он мразь!
– Про него пишут, что он ненормальный, – кивнула Оксана. – Но я не думала, что настолько.
Я с ненавистью, которая непонятно откуда взялась, уставилась на музыканта. Он что, возомнил себя богом? Кидает людям деньги, словно корм свиньям. Ему весело? Смешно наблюдать за тем, как люди стараются урвать хоть немного денег, с которыми у них и так, скорее всего, проблемы? Его это веселит? Он чувствует себя царем мира? Из-за того, что богат и знаменит? А мы? Мы для него быдло, которое падко на деньги?
Это все было так отвратительно, что я сжала кулаки.
– Они ненастоящие! – заорал вдруг кто-то из толпы. – Это подделка!
– Точно! – раздался еще один голос. – Банк приколов! Кезон нас обманул!
– Фальшивка! Фальшивка! Фальшивка! – разнесся над улицей разочарованный гул. Я от удивления едва собственной слюной не подавилась.
Люди успокоились. Перестали делить деньги. Замерли и подняли головы вверх – на своего кумира. Они тоже не понимали, что происходит, как и я. И, как я была уверена, были злы на него.
– Стоп! Стоп-стоп! Розыгрыш, леди и джентльмены! – раздался его громкий уверенный и смутно знакомый голос. Американский английский. Почти без акцента. Чуть развязный. Насмешливый. – Это был розыгрыш! Деньги фальшивые. Это просто пранк.
Я думала, фанаты сейчас просто на стены полезут, чтобы достать Кезона и линчевать его.
– Никогда не ведитесь на то, что дают бесплатно, – громко и выразительно продолжал Кезон.