Девушка для развлечений, девица на одну ночь или вечер – вот кем они меня считали… Не пара ее наследному принцу из рода армянских дворян… Не пара…
И сейчас он смотрит на меня именно так… Подчеркивая, что я не пара ему, но вполне подойду Кресту… Виталий не такой привередливый.
– Договорилась? – бросает он, устремляя взгляд на море.
Оно колышется, выбрасывая на берег волны, шумит, как беспокойные чувства в моем сердце… Больно… Я ничего, кроме боли не испытываю рядом с ним… Ничего… Но и оправдываться не собираюсь – пусть верит в придуманную им чушь.
– Да. Может, твоим родителям или другим владельцам нужна помощь? Давайте поедем к Крестовскому все вместе? Он ведь…
– Он твой… мужчина, – отрезает Роб. Я понимаю, что он сдерживается, чтобы не сказать грубо. – Моим родителям помощь не нужна, у них есть я для этого.
Он резко разворачивается и идет по берегу к пожарищу. На ходу устало потирает затылок и закатывает порванные рукава. Может, стоит все-таки рассказать о сыне? Или нет? Потихоньку иду следом, бросая тоскливый взгляд на свой сгоревший киоск.
– Роберт, там твоей маме плохо! – кричит парнишка, выскакивая из-за толпы.
Стоп! Гаяне Ивановна тоже была там?
Бегу на голос парня, мгновенно позабыв обо всем. Я проходила курсы экстренной помощи, перед тем, как устроиться на трек. Не знаю, для чего это было нужно, но сейчас мои знания найдут применение.
– Расступитесь, я…
– Зоя? Это ты? – Гаяне Ивановна лежит на лавке, задыхаясь и охая. – Роберт, где мой сын?
– Я здесь, мамуль. Что болит? Скорую вызвали, Гена? – оглядывается он.
– Да, но приедут они нескоро…
– Слушайте меня внимательно, – легко отталкиваю Роберта и сажусь рядом. – Вы страдаете гипертонией?
– Да… Аппарат есть в кафе. Принесите…
Давление и правда высокое. Прошу Роберта усадить маму, снимая с ее руки манжетку.
– Сидячее положение облегчает работу сердца и способствует снижению давления. Лежать нельзя. Каптоприл есть? Нитроглицерин, коринфар?
– Нет… Утром кончился. Зоя, откуда ты все это знаешь? Ты же… Ты…
Как же обидно, блин… Я ей жизнь спасаю, но и сейчас тетя Гаяна не упускает возможности указать мне на место. Кто… я? Проститутка, обслуживающая мотоциклистов?
– Кто я, Гаяне Ивановна? – прищуриваюсь, захлебываясь обидой. – Скажите мне в глаза.