– Сколько мне лет?
– Двадцать один этой весною стукнуло! Но законы мира таковы, что дева, пока не замужем, не может быть одна. Должен быть опекун! А тролль… лорд Генри он и есть! – старика ощутимо тряхнуло.
– Ладно… И где мне взять мне мужа? – заинтересовалась перспективой.
– В город надо… А вот как? Вас же не выпускают из поместья!
– Засада… А что-то еще можно узнать обо мне, о семье?
– Дык вы же обучены грамоте, почитайте в книгах, все в кабинете у вашего покойного батюшки, они остались нетронутыми! Никому не нужны.
Я видела, как он устал, его глаза даже не открывались… Я тихо доела, выпила настой и, взяв посуду, пошла искать на кухне мойку. Но крана и раковину я не обнаружила, только таз с немытой посудой, ведро воды и тряпки, сушившиеся на веревке возле печки. Налила воды и добавила горячей из кастрюли на печи. Быстро перемыла все, перетерла, и сложила на столе.
Кухню можно было разглядеть даже благодаря огарку свечи и тлеющего пламени из печи. Опять этот странный минимализм…
Печь, занимающая полкухни, полки, заставленные старой посудой, кастрюлями, тарелками. Стол, видимо, для готовки, внизу даже лежали какие-то припасы в мешочках и горшочках. И большой стол, за которым я ела…
Кажется, еще дверь в кладовку, но я почему-то догадываюсь, что там сейчас пусто…
Взяв свечу, я вышла из кухни. Думаю, ночь – самое время для поисков истины…
И выхода из этого бреда…
Пока родственники отдыхают и не помнят о моем существовании…
Глава 2
Пол везде скрипел, меня это пугало до дрожи в коленях, хотя я не была такой уж трусихой в прежней жизни.
А сейчас мне выпал шанс начать новую жизнь, да еще и в здоровом, молодом теле. Разве я позволю бить себя? Хотя судя по всему, меня пытаются просто уничтожить…
– А я не дам себя в обиду… – смело сказала вслух, но перестраховалась и сняла с себя тяжелые деревянные сабо.
Шла по коридору, понимая, что это, скорее всего, этаж для слуг. Серые каменные стены из грубого камня, без побелки, голые полы, испещренные потертостями от времени. Но вот когда я вышла в холл, заметила разницу. На полу лежал ковер, стены прикрывали тканевые гобелены, на которых были бронзовые подсвечники.