Степа никак не прокомментировал последнюю реплику, но внутренне сжался.
— Что ему нужно от тебя?
— Я сбежала от него полгода назад, когда узнала о беременности. Теперь он нашел меня и хочет вернуть обратно.
— А ты? — Степан напряженно ждал ответа.
— Я хочу нормальной жизни. Не вздрагивать от каждого шороха. Ты не представляешь, какое он чудовище...
— Он трус и слабак, самоутверждающийся за счет женщины, — Степа мрачно усмехнулся. — Ты не будешь бегать всю жизнь и прятаться с ребёнком на руках.
— У меня нет выбора, — Рената покачала головой.
— Выбор есть всегда, — уверенно сказал он. — Просто иногда не хватает смелости его принять.
Она растерянно смотрела на него, а Степан продолжил, ещё более уверенный и решительный:
— Ты не будешь больше бегать. Пора закончить эту историю. Я останусь с тобой. Тем более уже сказал, что ты моя жена.
— Но Степа.…
— Не бойся, домогаться не буду, — усмехнулся он.
— Я не об этом, — она снова смутилась. — Артур не знает, что ребёнок от него.
— Отлично, придерживайся легенды, что сбежала ко мне, и малыш мой.
— Мне страшно.…
— Я что-нибудь придумаю. Не дам вас в обиду, — уверенно пообещал Степан.
— Спасибо, — прошептала она, чувствуя, как впервые за долгое время страх и тревога отступают, уступая место осторожной надежде.
Немного позже они всё-таки поужинали, бросая друг на друга осторожные взгляды. Разговаривали ни о чём и обо всем сразу. Было хорошо и спокойно, словно даже привычно.
— Всё будет хорошо, — Степа накрыл ладонью руку Ренаты.
Она кивнула, но не ответила. Хотела верить ему, но требовалось чуть больше времени.
— Я постелю тебе на диване, — тихо проговорила Рената и поднялась на ноги. Смущенно отводя глаза, вышла из кухни.
Степан проводил ее взглядом и принялся убирать со стола, а затем и мыть посуду. Хотел помочь Ренате, снизить бытовую нагрузку. Ему же не тяжело, а она вероятно устала.
Он осторожно поставил последнюю тарелку на сушилку, с чувством выполненного долга вытер руки полотенцем и достал из кармана телефон.
— Алло? — прозвучал ее слегка раздраженный голос.
— Маюш, не отвлекаю? — невольно улыбнулся, поняв, что звонит невовремя. Но его дело не требовало отлагательств.
— Уже отвлек, чего тебе? — Майя была, как всегда, прямолинейна.
— Твой отчим всё ещё в прокуратуре работает? — спросил Степан, стараясь говорить непринужденно.
— Ну, допустим.… — ее голос прозвучал подозрительно.