Мне стоит побыть одной и хоть немного осознать все то, что произошло за последние несколько часов.
В общем, я не стала спорить и покорно прошла в ванную, где закрылась на добрых полчаса, если не больше. Хотя в воде я пробыла от силы минут десять – немного погрелась, помылась и вышла. Все остальное время я просидела на краю ванны, полусонным, уставшим мозгом пытаясь придумать, как теперь действовать? Как ориентироваться в ситуации, в которую я добровольно загнала себя?
Больше всего я боялась, что совершила большую ошибку, доверившись своему врагу…
Надев трусики, я обернула на груди полотенце и, наконец, вышла в спальню.
– Садись поешь, – сказал Вадим, поймав меня взглядом.
Он кивнул на стол, где было накрыто для одной персоны и стояло несколько аппетитных блюд. От них исходил насыщенный ароматный запах, который тут же спровоцировал голодный спазм в моем животе.
Неуверенно пройдя к креслу, я поудобнее уселась в него и оглядела свой ужин. Несмотря на голод, внутри нашлось место смятению. Поэтому я настойчиво посмотрела на Вадима.
– Не стоило беспокоить Миру так поздно, – заметила негромко.
Оторвав взгляд от планшета, бандит так снисходительно посмотрел на меня из-под бровей, будто я сморозила глупость. Но говорить ничего не стал. Вновь продолжил хмуро проводить пальцами по экрану, а я со вздохом придвинула к себе тарелку с жареным филе рыбы. И греческий салат еще. И рулетики из баклажанов."
"Лишь утолив первый голод, я заметила, что Вадим периодически останавливает на мне задумчивый взгляд.
В какой-то момент я все же решила нарушить неловкое молчание. Пригубила полстакана морса, промокнула губы салфеткой и покосилась на бандита.
– Что ты скажешь отцу? – спросила с налетом настороженности, чувствуя, как перехватило дыхание.