Одна его рука ловко сковала мой локоть, вторая – шею сзади. Так он вел меня до самого парадного входа, где собралась небольшая компания мужчин в черной строгой одежде.
Тот, который выглядел старше всех, любезно отворил для нас дверь, не сводя с меня пристального взгляда.
– Мата Хари, блядь, отбитая, – неожиданно ругнулся он, обдав меня сигаретным дымом. – Нагулялась?
Щеки вспыхнули от острого смятения. Резко затормозив, я впилась взглядом в грубияна и его компанию, чувствуя внутри раскат гнева. Дерзкая улыбка сама выступила на моих губах, когда я бесстрашно огрызнулась:
– Я не виновата, что вы херово работаете, ребята!
Меня тут же больно дернули за волосы и втолкнули в дом.
В ноздри въелся запах гари и дыма. Едва я оказалась в большом холле с колоннами, где с закатанными рукавами сновали угрюмые охранники, как напоминание о совершенном преступлении охладило мой пыл.
Неприятное зрелище.
Даже колени трусливо затряслись. Продумывая свой побег, я ведь всячески избегала в мыслях ту часть, когда мне придется отвечать за последствия поджога…
– Пошла! – приказал молодой конвоир, точно котенка потащив меня за капюшон пальто в зал.
В этот же момент из-за лестницы вышла уставшая Мира, навьюченная инвентарем для уборки. Увидев меня, она резко застыла, а в ее взгляде отразилась враждебность, от которой мне стало не по себе.
– Стой! – неожиданно велела кухарка охраннику.
Вдруг поставила все на пол и начала к нам приближаться. Честно говоря, Мира выглядела так сурово, что на краю сознания даже пробежала мысль: она хочет меня ударить?.. Однако оказавшись рядом, девушка угрюмо попросила:
– Сними пальто. Это мамино…
В груди кипятком обжег стыд. Виновато опустив глаза, я кивнула и принялась непослушными пальцами развязывать пояс.
– Я его испачкала, – смущенно призналась я, протягивая пальто. – Извини.
Молча зыркнув на меня, Мира забрала одежду и тут же развернулась, чтобы уйти. А охранник схватил мой локоть, заставляя продолжить путь.
Еще до того, как я зашла в зал, от его обгоревшего вида мое нутро сжалось до размера зернышка. Одно дело предполагать и другое – видеть урон, который я нанесла… От мебели возле камина остались одни обгоревшие части. Вся стена была в чернющей копоти.