Цена вопроса. Том 1

Слыхала про такую?

– Слыхала. Ну и на кого, извини за выражение, тебя там выучили? На артиста? Или на художника-передвижника? Или все-таки на юриста?

– Мышонок, я понимаю твой сарказм, но у меня голова совсем мутная. Давай как-нибудь попроще, а? – миролюбиво попросил он. – Я уже понял, что Александр Иванович Радищев написал не только про путешествие из Петербурга в Москву, а, вероятно, еще что-то про право и законотворчество. Но мы в курсе истории государства и права этого не проходили.

У нас там были Томас Мор, Кампанелла, Монтескье, еще были реформы Солона, но это совсем древнее. Короче, много кого мы изучали, а Радищева – точно нет. Просвети меня, если не трудно.

Анна начала рассказывать, то и дело заглядывая в раскрытую книгу, и в первые несколько мгновений Дзюба подумал, что наверняка сейчас уснет, потому что спать хотелось невыносимо и глаза закрывались, словно верхние веки магнитом притягивались к нижним.

Он действительно начал проваливаться в дрему, но вдруг встрепенулся, стал слушать все более и более внимательно, не переставая удивляться: ну как же так? Это же азы той науки, которую называют криминологией! И никогда, насколько он помнил, ни в одном учебнике криминологии он не встречал ссылок на Радищева. Как это возможно? Оказывается, этот писатель и государственный деятель еще в 1801—1802 годах, то есть больше двухсот лет назад, четко разделил закон и правоприменительную деятельность, заявив: ни один, даже самый совершенный закон, не в состоянии сам по себе защитить гражданина от обмана и насилия, закон «не может всегда воспретить, чтоб человек не покусился на неправду, чтобы не впадал в преступление». Сколь законы ни мудры, а человеческие страсти делают мудрость их напрасною… И оказывается, акцент на профилактику преступлений и правонарушений вовсе не является гениальным достижением «советской криминологии», как гласили учебники; идея была сформулирована все тем же Радищевым: «Правило всякого законоположения, правило, долженствующее почитаться всегда аксиомою, есть: что лучше предупреждать преступления, нежели оные наказывать».