– А о деле со мной, значит, нельзя? – В ее голосе послышалась плохо скрываемая обида.
– Можно, Мышонок. Можно и нужно. О деле мы с тобой поговорим после того, как я перезагружу и перенастрою мозги, а то у меня компьютер в голове завис. Ну спроси меня о чем-нибудь, я тебе отвечу."
"– Ладно, – ему показалось, что Анна тихонько улыбнулась. – Расскажи мне про твою девушку. У тебя же наверняка есть подруга. Как ее зовут? Сколько ей лет? Чем она занимается, чем на жизнь зарабатывает?
Снова болезненный укол, обжигающе горячий, даже дух перехватило на мгновение.
– Отвечаю последовательно. Подруги у меня сейчас нет. Зовут ее Евдокией, Дуней. Ей двадцать шесть лет. Она специалист по драгоценным камням, геммолог. Работает оценщицей в ломбарде.
– Ну ты точно сказочник! – фыркнула Анна. – Сам же сказал, что подруги нет. А имя-то выдумал какое: Евдокия! Ничего попроще придумать не мог?
– Я тебе правду сказал. Ее действительно зовут Евдокией.
В салоне автомобиля повисло тяжелое молчание.
– Как это? – послышался наконец неуверенный голос Анны. – Она тебя бросила, и ты вот так открыто говоришь об этом?
– А почему нет? Она встретила другого человека, влюбилась до смерти, со мной общаться перестала, так почему я не могу об этом говорить? Что в этой теме запретного или неприличного? Не понимаю.
– Но это же… – Девушка помолчала.
– Что – стыдно? Что на свете есть множество людей, с которыми кому-то лучше и легче, чем со мной? Это совершенно естественно, и в этом нет ничего стыдного.
Она еще немного помолчала.
– Ну… Вообще-то да, конечно, ты прав. Я никогда на это с такой точки зрения не смотрела. Просто привыкла, что когда тебя бросают – это плохо, это стыдно и это нужно по возможности скрывать. Если меня бросают, то для меня это означает, что я – плохая, недостойная. Зачем же я буду на всех углах звонить о том, что я плохая и ни на что не годная? Достаточно того, что мне самой этой ужасно болезненно.
– Вот и глупости, – весело ответил Роман. – Если ты десять дней подряд ешь только один шоколад, а на одиннадцатый день хочешь черного хлебушка, это ведь не означает, что шоколад испортился и стал плохим, гнилым и заплесневелым. Это означает только одно: теперь тебе хочется хлеба. Вчера еще хотелось шоколадку, а сегодня уже не хочется.