Весь такой из себя, обаятельно красивый и наглый. Белоснежная рубашка и синий костюм только сильнее выделяют его в маленькой комнате.
Мужчина пристаёт и будто уверен, что я радо раздвину перед ним ноги, соглашаясь на все его условия. Да, он был прав, он опасный человек и я не смогу ему противостоять. Он отдаст приказ и меня силой затащат к нему в квартиру, поставив на колени перед Дьяволом. Но он не мог правда думать, что может заявиться и потребовать меня себе.
Спасибо парням, у которых возникли проблемы в мастерской.
– Вы серьёзно?
– Мин, – Саша, мой зам, чешет лысый затылок. – Ну ты же знаешь.
Знаю. Потому что парни косятся на красный Дукати, который привезли для смены масла. Эрик привёз.
Я не знаю, что за история произошла тут с мотоциклами, это было ещё до моей покупки мастерской, но ребята сторонились мотоциклов и старались с ними не работать. Практически никогда. Один дядь Витя ремонтировал, но сегодня он отпросился пораньше.
Мне бы уволить этих помешанных и нанять других, но коллектив за два года совсем не менялся, став родным и близким, да ещё и работали не за самую высокую зарплату. Поэтому приходилось терпеть некоторые заскоки и идти на уступки.
– Вы меня сегодня добьёте, - я накидываю поверх одежды огромный рабочий халат, который никто никогда не использовал, и присаживаюсь возле мотоцикла. – Поменять масло у мотоцикла это дело легче смены шин.
– Вы же знаете, Мина Вячеславовна, - один из работников крутится рядом и подаёт инструменты.
– Хоть что-то, - бурчу себе под нос и снимаю нижнюю часть пластика, добираясь до самого главного. Тут же правда нечего делать, половина делает это в домашних условиях вообще. – Я делаю это последний раз. Если хоть раз вы меня ещё позовёте на такую мелочь – поувольняю нахрен, всех.
Вряд ли конечно решусь, такими кадрами не разбрасываются. Пускай и вся тройка крестилась, смотря на мотоциклы.
Он только начинал осваивать профессию механика и старался учиться каждую минуту. Может хоть ещё один человек начнёт работать с мотоциклами.
Откручиваю горловину, чтобы старое масло быстрее стекало и подставляю ведро. Старые, заученные движения помогают отвлечься от мыслей об Эрике. Он заявился, требовал меня, будто я какая-то вещь, которая радостно бросится к нему.