С претензиями.
Можно, конечно, «включить дурочку», и отступить. Извиниться. Да только, после разговора с Алиной, в венах, вместо крови все еще бурлила кислота. Обжигала. Дурманила сознание. Толкала на необдуманные поступки.
Всегда возвращаешься к ней, значит? Это ты зря, дружок!
Наружу уже рвалась худшая часть Валерии. Безбашенная и неуправляемая.
— Да! — Недоуменно уставилась на мужчину. Ох, чего ей стоило внешнее спокойствие. — А что тебя смущает?
— Кукленок! — Рявкнул, нависая. — Меня, бл*дь, смущает «кукленок» из уст Терехова!
— Да, брось, Герман…не стоит твоего внимания.
— Я в состоянии сам решить, — грубо схватил девушку за бедра, рывком вдавливая в себя, — что, или кто, стоит моего внимания!
Опасно злить тигра, находясь с ним в одной клетке. В их случае, техническом помещении, используемом для хранения тряпок, ведер, и запасных стульев — последних в коморке было бесчисленное множество. Да. Лера, наконец, поняла, куда именно он ее затолкал."
"— А я…стою? — Щеки залились краской, однако пересилив смущение, выгнула спину и прижалась к его крепкой груди.
На его скулах заиграли желваки. Глаза полыхали от едва сдерживаемого гнева. Руки с остервенением сжали аппетитный женский зад. Это было…больно, и приятно одновременно! Казалось, мужчина собственную силу уже не контролировал.
— С некоторых пор, ты — центр его средоточия. Не могу сказать, что в восторге от этого.
Каков гад! Не в восторге он!
Нахмурившись, попыталась отстраниться. Герману подобный расклад пришелся не по душе! Вцепился мертвой хваткой!
— Между вами что-то было?
— С какой стати, тебя это волнует?
— Бл*дь, мелкая! — Зашипел, сильнее прижимая к своему напряженному паху. — Спала ты с ним, или нет? Просто скажи!
Что сказать-то?
Ничего приличного на ум не приходило. Уже не первый раз, Герман задавал ей столь унизительный вопрос. Даже о связи с Глебом подозревал.
Гневно сверкая изумрудным взглядом, стиснула зубы:
— Придурок! Пощечина, в качестве ответа тебя устроит?
— Вполне!
Возможно, всего лишь игра воспаленного воображения, но в следующую секунду он поцеловал ее, с выражением неимоверного облегчения на лице. Этот поцелуй столь сильно отличался от всех предыдущих, что первые секунды девушка растерянно замерла, принимая ласку. Нежную. Невесомую. Проникающую глубоко в сознание. В сердце. В мозг.