Герман, оперевшись на стол своей пятой точкой, стоял совсем рядом, и разглядывал с высоты собственного роста, словно диковинное чудо. Лера вскинула голову, и едва не вскрикнула, от глубины эмоций, плескавшихся в его черных омутах. Нервно поерзала на стуле, не разрывая контакта. Дышала все тяжелее с каждой новой секундой.
Что ему нужно? Почему так смотрит?
— Что? — Рявкнула, не в силах более выносить столь тяжелый изучающий взгляд.
Ноль реакции. Лишь легкий оскал вместо улыбки. Ее, будто на распрямившейся пружине, вверх подбросило.
— Что тебя удивляет? — Закричала в сердцах, приземляя кулачек, на его стальную грудь. Даже не поморщился. Ничтожный удар. — Ты сказал однажды — учись! Учись так, чтобы я мог тобой гордиться! Вот я и училась, черт бы тебя подрал. Как проклятая! Лишь бы тебе за меня не было стыдно. За все бралась, расширяя свой кругозор.
— Тише, маленькая…
— Ну, так что, Давыдов? — Второй кулак последовал за первым. — Ты гордишься мной? А? Гордишься?
Его взгляд мгновенно почернел, а руки до боли стиснули талию. Опалив горячим дыханием ее висок, выдал коротко:
— Горжусь!
И пока Лера ошарашено переваривала информацию, мужчина усадил ее обратно, мягко надавив на плечи.
— А факт, что сам Терехов опустился до шантажа, чтобы заполучить тебя в свой штат, заставляет еще и уважать. Воспринимать, как равную.
Весь словарный запас канул в бездну, вынуждая замолчать на пару секунд. Но, как известно, бездействием проблему не решить.
— Вот тебе и представился случай от меня избавиться, — горько усмехнулась, — еще и с выгодой для компании…все, как ты мечтал!
Он подался вперед, и мягко обхватив за подбородок, вынудил смотреть в глаза.
— Дурочка…отдать тебя ему, и избавить тем самым от своей тирании? Ну, и фантазии, мелкая!
— А?
— Не надейся, говорю!
Лера лишь покачала головой.
— Что делать, Герман? — Голос предательски дрогнул. — Что теперь делать?
Мужчина шумно выдохнул, распрямляясь. Отнял свою руку. Заговорил серьезно и сдержано:
— Я наслышан о проекте «Роза Ветров». Грандиозный был скандал. В голове и не укладывается, что это твое творение. Однако стремления Виктора вполне естественны и ожидаемы. На его месте, поступил бы точно так же.